– Что ты хочешь? – закричала Саша, вытерев ладонью кровь с разбитой щеки. – Хочешь, чтобы я молила о пощаде? Так я молю, пощади! Хочешь, чтобы просила прощения? Прости! Только не тронь моего ребенка! Умоляю.
Девушка чувствовала, как мышцы живота тревожно сжимаются, и малышка в нем странным образом затихла. Видимо, ребенок почувствовал опасность и притаился.
– Ха, – рассмеялась ядовитым смехом Кристина. – Мне плевать и на тебя, и на твое ничтожество. И уж точно я никого из вас не пожалею!
Она снова замахнулась, но не смогла ударить, потому что Саша поймала ее руку. А потом, собрав все свои силы, девушка оттолкнула соперницу, понимая, что до ее совести не достучаться и спасти себя может только сама.
– Сука! – завизжала в ярости Кристина и снова налетела на Александру. С трудом увернувшись от разъяренной женщины, Саша побежала к выходу, но там влетела в двух здоровых мужчин.
– Пустите, – закричала сквозь слезы девушка, когда те схватили ее и потащили снова в дом.
– Сюда ведите, – раздался вибрирующий от бешенства голос Кристины. – Ты думаешь, я с тобой буду церемониться? – оскалилась она, подойдя впритык к Александре.
– Зачем, – всхлипнув, усмехнулась Саша, – когда у тебя такой противовес? – девушка махнула головой на мужчин, удерживающих ее за плечи.
– Именно, незачем, – отозвалась дрянь, ударив ее кулаком в лицо.
Но этой ненормальной было мало, и следующий удар прилетел в живот. Александра закричала, согнувшись пополам. А потом и вовсе упала на четвереньки. Боль сумасшедшим спазмом сводила живот, вызывая ужасные рези. На миг девушка забыла о происходящем, но когда удар ноги впечатался в ребра, взвыла, чувствуя, как темнеет в глазах.
Все остальное словно в тумане. Боль, парализовавшая тело, не давала больше чувствовать ничего. Сомкнув глаза, Саша упала на бок, закрывая коленями и руками живот. Она не знала, когда именно, закончилась эта пытка, потому что ее мозг на время выплыл из реальности. Александра пришла в себя от разрывающей живот боли. И, приподняв голову, обнаружила, что в доме одна. Она попыталась встать на ноги, но не смогла – рези были нетерпимыми. Из последних сил девушка доползла до кровати и, с трудом привстав, нашла на ней телефон. И снова упав на пол, дрожащими руками набрала последний номер в вызовах, прошептав:
– Помоги!
Непонятные шумы резали слух Александры. Голоса были далеко и в то же время словно звучали в голове. Она попыталась раскрыть глаза, но не смогла – жуткая слабость одолевала ватное тело. И мозг совершенно не улавливал происходящее. Девушка то и дело вылетала из сознания, моментами ей казалось, что она порхает среди разноцветных облаков. А солнце настолько яркое, что даже ослепляет. И снова непонятные звуки, сопровождающиеся шебуршанием, а потом странная возня в животе… Детский плач, разрывающий разум… Саша встрепенулась и распахнула веки… Но все в тумане. Действительно, яркий свет огромной лампы слепит глаза, а вокруг куча народа в белом. И ребенок – кто-то держит над ней громко верещащего младенца…
Александра очнулась в холодном поту. Кошмар, привидевшийся ей во сне, не отпускал даже наяву. Первое, что почувствовала девушка, это боль в спине и жуткие рези в животе. Сразу же онемевшей рукой потянулась к круглому животику. И ужаснулась, обнаружив на его месте пустоту и мягкую кожу. Вскочив, Саша почувствовала ноющее покалывание, пронзившее тело, но, скованная страхом и непониманием, не обратила на это никакого внимания.
Взгляд девушки блуждал по комнате, которая являлась не чем иным, как больничной палатой. А рядом на стуле, опершись о стену, с закрытыми глазами сидел Ярослав.
– Где моя дочь? – воскликнула Александра, не обнаружив каталки с малышкой рядом.
– Ты проснулась? – тут же встрепенулся Яр.
– Где моя дочь? – повторила Саша, и ее голос подрагивал от паники.
– Как ты чувствуешь себя? – не отвечал на ее вопрос Ярослав, и его глаза на напряженном лице казались слишком тусклыми.
– Где моя дочь? – почти прокричала девушка, и слезы подступили к глазам.
– Саш, мне очень жаль…
– Кого тебе жаль? – воскликнула Александра, пытаясь подняться. – Что ты вообще здесь делаешь? Я хочу видеть доктора!
– Послушай меня, пожалуйста, – остановил ее Ярослав, удержав за плечи.
– Не трожь меня! – прошипела девушка, смерив его яростным взглядом. – Говори, что надо, и уходи! Я все равно не подпущу тебя к дочке!
– Ее нет…
– Кого? – осипшим голосом спросила Саша.
– Нашей дочери, она не выжила, – выдавил сквозь зубы Яр, и его взгляд был полон сожаления.
– Ты лжешь! – воскликнула она, скинув с плеч тяжелые руки. – Не смей, слышишь, не смей никогда так говорить!
– Прости, это правда, – повторил он, не моргая.
Замахнувшись, Саша влепила ему звонкую пощечину, прокричав:
– Не смей мне лгать!
Ярослав даже не дрогнул. Мужчина продолжал, не шевелясь, смотреть на нее. И от этого взгляда, полного боли и скорби, Александру выворачивало. Она подняла голову и увидела в дверях Дениса. Парень стоял, облокотившись о косяк, с бледным поникшим лицом.
