Покончив с поздним обедом, Ристон подозвал услужливого официанта, расплатился, и они покинули заведение. За порогом уже начинали сгущаться сумерки. Али с неведомым ей прежде наслаждением вдохнула пропитанный солью и ароматами цветов воздух, к которому не примешивались привычные в столице запахи вечной сырости, а также горького дыма из заводских труб.
— Мы поедем сейчас? — спросила она.
— Чуть позже.
Спутник снова взял ее под руку и повел за собой вдоль улицы, которая шла вниз, под горку. «К морю», — догадалась Алита. Он хотел показать ей море вблизи, не из окна особняка или кареты.
— Тебе понравился обед? — спросил Ристон.
— Да, спасибо. Все очень вкусно. Но…
— Но?
— Давайте проясним ситуацию. Я несколько лет выживала одна. Без нянек, кухарок и горничных. Без отца, мужа или старшего брата. И, как видите, не пропала. Чего вы хотите сейчас? Задушить меня своей опекой?
— Женщине должна нравиться опека мужчины, — уверенно, словно произнося известную каждому истину, ответил он.
— Возможно. Но тот должен быть близким ей человеком. А у меня таких нет.
— Если продолжишь вести себя в том же духе, то и не появится.
— В том же духе?
— Колючая и дикая. Как чертополох. Но предпочитают других — мягких и нежных, точно лепестки шиповника.
— У него тоже есть шипы, — парировала она. — И он тоже бывает диким. Разве вы не знаете?
— Однако его можно вырастить в саду, и тогда он будет цвести и приносить плоды только для хозяина. А тот примирится с остротой шипов. На крайний случай наденет перчатки.
— Ежовые рукавицы, — фыркнула Али. Отчего-то ей не нравилось то, как начал складываться разговор, и захотелось поскорее сменить тему. — Так как мне поступить с теми приглашениями, что прислали сегодня? Одно из них даже свадебное. Разве на свадьбы зовут незнакомых людей?
— Чем больше гостей на свадьбе, тем счастливее будет жизнь молодоженов, — отозвался Киллиан Ристон. — Такая примета. Некоторые даже подрабатывают тем, что являются на свадьбы.
— Чего только не бывает, — удивилась она.
— Ты сама вольна решать, отвечать ли согласием на предложения горожан. Меня вот уже давненько никуда не приглашают. Знают, что некогда. А бездельник Томиан — совсем другое дело. Не сомневаюсь, он и сегодня у кого-нибудь гостит.
Алита молчала, обдумывая его слова. С одной стороны, у нее не имелось ни малейшего желания навещать совершенно чужих людей. Однако кто-то из них мог знать о Роне, пусть даже всего лишь сплетни, но и те могли пригодиться. Ведь наверняка сестру тоже звали в дома обитателей Бранстейна. Едва ли та жила затворницей, не общаясь ни с кем.
— Я приму решение завтра, — сказала она, останавливаясь, чтобы поправить развязавшиеся ленты шляпки.
— Уверен, сейчас весь город кипит, размышляя и обсуждая, кто мы друг другу. Они хотят знать, поженимся ли мы с тобой согласно традициям или ты станешь моей нареченной сестрой? Если не хочешь вести светскую жизнь, не нужно себя неволить. Но не оглядывайся на слухи, что летят тебе вслед, — произнес он неожиданно мягко, приподнимая ее подбородок. — Выше голову, Али.
Казалось, от его руки исходило тепло, проникало под кожу, пыталось дотянуться до самого сердца. Это заставляло вспомнить, как она впервые ощутила в себе магию. Рассердившись на отпущенную из академии на каникулы сестру за какую-то мелочь, хотела сгоряча швырнуть в нее мячиком, но тот поднялся в воздух еще до того, как Алита коснулась его, а ее будто что-то защекотало внутри, побуждая счастливо улыбаться и смывая остатки недавнего гнева. В ответ Рона заставила мяч закрутиться вокруг своей оси. А на другой день повела младшую сестренку к людям, принимающим решения о дальнейшем обучении тех, у кого обнаружились магические способности.
В их случае они не передались по наследству от предков, как у того же Ристона, а стали следствием ранней смерти родителей. Словно сплетающая нити жизней судьба, отняв у сестер самых близких людей, решила одарить обеих своим благословением. Или проклясть.
Внезапно осознав, что ладонь спутника — горячая, крепкая, мужская — все еще прижимается к ее щеке, Али поспешно отстранилась.
— Мы уже почти пришли, — произнес Киллиан Ристон. Вслед за его словами до ее ушей донеслись громкие крики чаек и плеск волн. — Взгляни, разве можно не любить это место?
Алита посмотрела туда, где над морем раскинулось стремительно темнеющее небо. Поднимался ветер. Он растрепал волосы, почти до колен взметнул подол юбки, и в его дикой песне Али послышался незнакомый доселе зов.
— Пора возвращаться, — сказал Ристон. Вторя ему, гул стал сильнее. — Приближается шторм.
В то время, пока Алита и Киллиан Ристон возвращались в особняк, там готовился ужин. Отдав прислуге необходимые распоряжения, Джайна у окна затемненной комнаты смотрела на небо, где сгущались тучи и созревали за ними огненные семена молний. Занятая своими мыслями, она не сразу услышала шаги за спиной.
— Что ты здесь делаешь? — спросил Аэдан.
— Ожидаю, — повернувшись к нему, нетерпеливо ответила Джайна. — Их слишком долго нет. Я волнуюсь.
