Красивыми облаками летели они над Страной Высоких Демонических Преобразований, изрезанной вдоль и поперёк, как морщинами мудрости, Колеями.
Вся литература в СВДП была посвящена поиску своей Колеи. Вот рассказ из учебника по литературе для восьмого класса:
«Это было давно, когда Страна, Дорогая Всем Патриотам, ещё не обрела своей сильной силы и искала свой особый путь движения.
Искала свою Колею.
Был сезон Слякоти.
Алкоголь (это такой вкусный яд) в то время продавали в магазинах иностранные агенты, чтобы истребить местное население Страны Думающих Вечно о Прекрасном и захватить её богатую КОЛЕЯМИ землю.
Он лежал, свернувшись калачиком, в прекрасной, удобной, глубокой колее. И спал. Калачиком – это иначе так называемая внутриутробная поза. Инстинктивная поза защиты, когда коленки поджаты к подбородку. Тело человека в такой позе становится наименее уязвимым.
Ему было всего семь лет.
Рядом лежала пустая бутылка. Четвертинка из-под ядовитой водки и полголовки лука со следами детских зубов.
Огромная машина тяжело ехала по этой колее, приближаясь всё ближе и ближе к несчастному спящему ребенку. И, когда колесо уже нависло над ним, колея сначала раздвинула свои боковины, а потом резко обхватила ими колеса дальнобойщика и одновременно всосала их в себя полностью.
А мальчика она вытолкнула из себя так аккуратно и нежно, что он оказался на обочине, даже не проснувшись.
Надо сказать, что вся деревня, где жил ребёнок, вымерла в тех краях от алкоголя.
Первые слова Коли – так его звали – были: «Дай вина, дай вина, дай вина». Он ходил со стаканом под столом, за которым пили сутками, и просил ему налить.
И ему наливали.
Тётка его потом в Москву забрала, когда в деревне уже в живых никого не осталось.
Выпивал он с двух до семи лет. Потом завязал.
Как-то тётка обратила внимание на то, что Коля, а было ему уже шестнадцать, странно разглядывает и щупает людей.
– Коленька, а зачем ты тётю за попу ущипнул? – спросила она его.
– А я хочу узнать, где «человеки», а где «буратины». У «буратин» под кожей всё из дерева. А у «человеков» всё нормально, как должно быть. «Буратины» злые, жадные, жестокие, а «человеки» добрые, хорошие. Вот ты, Нюра, – «человек», а дядя Коля, сосед наш, который к тебе приходит ночью, когда я сплю, – «буратино».
Тётка испугалась, что Николай начнёт ножичком проверять, «человек» перед ним или «буратино». Есть под кожей дерево, или его там нет. И привезла его к психиатру.
Отделение, где он лежал, находилось на первом этаже. Потолки высоченные. Окна огромные.
Так вот, сидит врач и с Колей беседует около этого гигантского окна. А за ним чистое голубое небо, старые липы, зелёная густая трава.
И Коля заявляет вдруг врачу, что он может влиять на погоду.
– Если засуха, например, – говорит, – я могу, доктор, вызвать дождь. А если, наоборот, дожди – могу сделать так, что они прекратятся. Наша Страна Ветров, Дождей, Пожаров всё время борется за урожай. А я могу ей быть полезен. Буду на погоду влиять. Хотите, дождь сейчас пойдёт? – спрашивает он врача и загадочно улыбается.
– Ну, хорошо, сделай сейчас так, чтобы пошёл дождь. Подул ветер сильный. Бурю сделай. А то какая-то уж больно хорошая погода. Даже противно работать, – говорит доктор.
– Хорошо. Подождите немного… – Коля повернулся к окну и стал в него пристально смотреть.
– Сейчас, подождите ещё немного.
И вдруг по небу понеслись чёрные тучи. Потом задул лёгкий ветерок. А потом вдруг случился такой порыв ветра резкий, что деревья стали пригибаться к земле, и пошёл дождь. Сначала мелкий, а потом полил так, как будто месяц облака пили и пили воду. Потом месяц терпели, терпели, а им всё не разрешали и не разрешали помочиться. А тут сказали: «Давайте! Можно!»
А дальше… Дальше Николай Дмитриевич Гнутиков, уже в Стране Внутренних Допинговых Вливаний, стал министром спортивных побед. При нём спортсмены получали золотые медали в борьбе с засухой, в борьбе за урожай и в борьбе с насекомыми.
Так что свою колею Коля нашёл.
А той колее, колее Гнутикова, в которой он спал и которая его спасла от смерти под колесом, поставили памятник.
Автор – знаменитый скульптор Плоховат Чердаков – изобразил колею в виде вертикальной щели, напоминающей вагину, по которой вверх мчится на коне всадник, в руке которого укрощённая им молния.
Именем Колеи Гнутикова назвали площадь, улицу и станцию метро.
Многие мечтают из своей колеи выскочить, да не выходит ничего. Так в колее своей и остаются до конца дороги. Колея от роддома до кладбища.
В местечке с красивым названием Серебряные Пруды заснувшего в колее средь бела дня в хлам пьяного мужика таки раздавил грузовик. За рулём которого сидел в стельку пьяный его друг, с которым они вместе и пили.
