(не) Суррогатная Мама полностью

Два раза я стала случайной свидетельницей их сор, и все два раза я оставалась не замеченной. Во время обеих сор, Руслан отчитывал жену за её халатное поведение в мою сторону, Ольга же оборонялась, и кричала, что ей тяжело находится со мной рядом, говорила, что тоже хочет знать каково это вынашивать своего ребёнка, чувствовать его внутри себя. Мне было искренне жаль Олю, после этого я старалась не встречаться с биологическими родителями, но, к сожалению, получалось это плохо. Руслан сам находил меня, и после не отходил ни на шаг в протяжении всего дня.

К девятому месяцу атмосфера в доме между мужем и женой стала совсем невыносимой. Ольга начала не ночевать дома, уезжала к родителям. Руслан становился всё злее, и только в моём присутствии он улыбался и кажется забывал о неприятностях в семье, стоило ему приложить свою руку к моему просто огромному животу, и получить толчок от своего ребёнка.

Сквозь сон почувствовала боль внизу живота, распахнула глаза и стала жадно глотать воздух, боль резко усилилась.

- Нет, нет, нет, - зашептала сквозь зубы, - рано, тебе ещё рано, - положила на живот руку, стала его поглаживать.

У меня начались схватки, это я поняла сразу.

- Твой папа в… отъезде, а мама… - стала говорить малышу и сжалась в клубочек от нового приступа сильной боли, - так не должно быть, - закачала головой и попыталась встать с постели, - боже, - испуганно пропищала, увидев расползающееся тёмное пятно на светлых пижамных штанах, - Оля! – истошно закричала, - помогите!

Из глаз хлынули слёзы, стало страшно за малыша, страшно за себя, мне нужно в больницу, иначе мы оба погибнем. По коридору послышались быстрые шаги, дверь распахнулась и в комнаты заскочила сонная Ольга.

- Оля-я-я, - позвала я её сквозь всхлип, - нам нужно в больницу, - вцепилась в подушку пальцами испытывая новый приступ.

Поведение Ольги меня насторожило вместо того, чтобы кинутся вызывать скорою или помогать мне, она стояла на месте и смотрела на меня равнодушным взглядом. Чёрт! Кажется у неё шок. Пронеслось у меня в голове.

В коридоре вновь раздались шаги, на этот раз они были тяжёлыми, а это значит, что к нам шёл кто-то из охранников, и я не ошиблась. В дверном проёме показался Иван.

- Полина ты кричала? Что случилось? – в комнату он не зашёл, остановился позади Ольги, и косо посмотрел на свою хозяйку и вновь перевёл взгляд на меня.

- Вань, я рожаю, - сообщила мужчине, - и у меня кровь, - взглядом показала на испачканную простынь.

Мужчина вмиг оказался рядом, подхватил меня на руки, и быстро направился на выход.

- Иван стой! – раздался голос Ольги, - её нужно везти в центр к Любови Архиповне, нашем больницам я не доверяю.

- Ольга Игоревна, но это далеко, три часа пути…

- Делаешь то, что я сказала! – повысила голос мать малыша, - всё, везём её в центр.

РУСЛАН

Перепрыгивая через три ступени, быстро поднимаюсь по лестницы.

- Оля! – зову жену, и врываюсь в нашу спальню, - Оленька, - говорю тихо, когда замечаю жену лежавшею на нашей постели свернувшись клубочком словно котёнок, - милая, - шепчу и опускаюсь на колени около кровати перед заплаканным лицом жены.

Она медленно прикрывает глаза, крепко зажмуривается и её тело сотрясается в беззвучном рыдании.

- Любимая, - поддаюсь вперёд и крепко, но бережно обнимаю  жену.

- Я не смогла… прости меня Русь, я не сберегла нашего малыша, не сберегла, - сквозь рыдания кричит моя Оля и виснет у меня на шеи, - прости любимый, прости...

- Тише хорошая моя, тише, ты не в чём не виновата, слышишь родная? Ты не виновата, - вжимаю её тело в своё, роняя солёную влагу оплакивая вместе с супругой потерю нашего ребёнка.

Два года назад в нашу семью постучалось чудо, мы с женой узнали, что станем родителями, но к большому для нас несчастью, у Оли случился выкидыш через неделю после того, как мы узнали о беременности. Я никогда не забуду тот день, не забуду того звонка от жены, она сквозь горькие слёзы сообщила о потери ребёнка. Я тогда был в другом городе, и приехал уже ближе к вечеру. К тому времени Олю уже отпустили из больницы домой.