— А если я ничего не скажу?
— Тогда мне придется разрешить Гоше поквитаться с тобой. Для начала…
— А если я дам все, что хотите? Что будет со мной?
— Торгуешься? — улыбнулся Ефим. — Дашь на дашь? Оказывается, не такой ты тютя, как о тебе в отделе говорят. Поможешь нам, посмотрим, что с тобой делать. На наших руках пока крови нет.
Максим задумался. Играть в несознанку глупо. Ничего не добьешься, ничего не докажешь. Только озлобишь этих людей и потеряешь здоровье. А то и жизнь. Но и рассказывать все ему не хотелось. Ведь в таком случае придется впутать Татьяну. И не известно, что они с ней сделают.
— Ладно, — кивнул Максим, — все скажу.
— Слабак, — раздался сзади злорадный голос Игоря.
— Молчать! — внезапно вспылил Ефим. — Давай, продолжай, не бойся!
Максим не боялся, но переживал.
— Я бы и так вам всё рассказал! Незачем было меня похищать!
— Я же говорил, — влез в разговор Святослав.
— А что же ты нам не позвонил? А стал вещички собирать? Слинять собирался! Если бы мы тебя не приняли, где бы ты сейчас был? Ищи тебя…, — начал заводиться Ефим.
— У меня после ныряния телефон сломался, и все контакты пропали. И, если я хотел убежать, стал бы я Святославу назначать встречу…
— Это ты уже на другой день… И вообще, я здесь вопросы задаю!
— Ладно-ладно, — примирительным тоном начал Максим, — в общем, в перемещении ничего особенного не было. Нырнул, опустился до этого фиолетового света, вынырнул. Все в том же лесу, но, наверное, в другом времени. Скорее всего, в прошлом. Далеком прошлом. Там был один человек. Парень. В одежде, похожей на крестьянскую: льняные рубаха и штаны, лапти. И с копьем. Что-то говорил мне. Не по-русски. Я не понял, на каком языке. Вылезать из озера я не стал, снова нырнул, а вынырнул уже здесь.
— Интересно, — задумчиво пробормотал Ефим, потирая подбородок, — хотя, почему бы и нет. Ведь все остальные вылезали на берег…
— Это уже что-то, — восторженно воскликнул Святослав, — надо будет это перепроверить. Ты долго находился в другом времени?
— Не знаю, — честно сказал Максим, — минуту, две. Не больше.
— Надо это всё зафиксировать! — воскликнул Святослав и собрался, было, куда-то выйти, но Ефим его остановил:
— Успеешь. Так, а медальон где?
— В отделе, — соврал Максим самым обычным тоном.
— Врешь, — снова взбеленился Ефим и со всего размаха зарядил Максиму звонкую пощечину, от которой сразу же заболела голова и пошла носом кровь, — в отделе его нет. Ни в материалах, ни в сейфе, ни в твоем столе. Он даже не фигурирует нигде!
— Потому что я его к днищу сейфа приклеил скотчем.
— Зачем?
— Чтобы сохранить! Боялся, что его выкрадут!
— А в протокол почему не вписал?
— Для удобства, чтобы лишнюю работу не делать.
— Понятно, ладно. Проверим. В общем, сейчас ты пойдешь обратно. Посиди там, подумай, может, еще что-то вспомнишь!
Максима отвязали от стула и, сопровождая толчками и пинками, отвели в другую половину дома, где вновь спустили в погреб. В нос ударил резкий запах сырости, пота и испражнений.
— Ты как? — спросил Александр, который все это время внимательно следил за вошедшими.
— Нормально, — ответил Максим.
— Допрашивали?
— Угу.
— Били?
— Не так чтобы…
— Понятно. Это они умеют. Над связанными измываться. Ну, ты держишься?
— Да. Пить только очень хочется.
— Э-э-э, брат, терпи. Тут кормят один раз в день. Вечером. Приносят эту дурацкую гороховую кашу или вареную картошку в пластмассовой тарелке с пластмассовой ложкой. И бутылку воды. Хорошо, что свежей. Хочешь — сразу потребляй, хочешь — растягивай на сутки. Я вот недавно пообедал. Ничего не осталось. Так что жди до вечера. А в туалет захочешь — вон ведро.
Александр слегка пнул темное оцинкованное ведро, в котором что-то отвратительно плеснулось. Грустно улыбнувшись, он продолжил:
— Иногда консервы добавляют. Тушенку или рыбные. Раз в неделю таз с водой и мылом дают. Помыться. Одежду раз в месяц меняют. Я как-то пробовал ее в тазу постирать, так она потом неделю сохла. А ночами, знаешь, — холодно. Так и живем.
— Невесело, — пробормотал Максим.
— Что они от тебя хотят? Зачем ты им нужен?
— Толком не знаю, — признался Максим, — хотят, чтоб я медальон вернул, который ты из рук Алексея выбил…
— А, тот, что, якобы Мишке принадлежал…
— Тот, что с номером два.
— Понятно. Ну а ты что?
— А что я? — вновь начал осторожничать Максим. — Медальона у меня нет. А про перемещение я рассказал. В этом нет ничего такого. Нырнул в озеро. Вынырнул непонятно когда и снова нырнул. А когда снова вынырнул здесь два месяца прошло. Вот и вся история. Не понимаю, зачем они меня похитили, я бы и так все им рассказал, я ведь им доверял. Не подозревал ни в чем таком.
— Да кто их знает, что у них на уме, — вздохнул Саша, которому и это объяснение Максима показалось каким-то неубедительным.
Он прямо нутром чувствовал, что Максим что-то недоговаривает. И единственное объяснение этому он видел в том, что Максим заодно с похитителями. Осталось только решить, как вывести его на чистую воду.
