— Лизок, — Дима встал у зеркала позади нее, обнял за плечи, — твоя сестра тебя любит. И ей будет плевать, в чем ты придешь, поверь.
Большой и сильный Дима почему-то всегда был уверен в том, что всё будет хорошо. Обычно он будто питал ее положительной энергией, но сегодня для успокоения ей этого оказалось мало. Отчего-то нервозность буквально съедала изнутри. Какое-то дурное предчувствие, которое Лиза никак не могла объяснить.
— Мы почти год не общались… — нервно сглотнула она. — Женя наверняка чисто из вежливости позвала, тем более что даже не она приглашение прислала, а помощница Рубена. Может, не ходить? Ну зачем я ей там, рядом со всякими именитыми гостями? Не пойду…
— Но она же приходила к тебе мириться, так? Значит, любит тебя и хочет видеть. Вы тут два часа сидели на кухне и рыдали, я зайти боялся. Помирились, всё честь по чести. Ты ее единственная родственница, в конце-то концов. Тебе надо пойти, Лиза.
Она повернулась к нему, стукнула кулачком по мускулистой груди и проворчала:
— Димка, ну вот почему ты всегда прав? Почему?
— Дар такой, — усмехнулся он. — Всё, моя леди, на выход. Ноги в каблуки и вперед, и так безбожно опаздываешь.
— Ой, — еще больше забеспокоилась Лиза, — и правда опаздываю. Можно я возьму машину? Пожа-а-алуйста.
Дима протянул ей ключи.
— Держи. Я на трамвае тогда поеду. Помнишь правила, да? Больше ста пятидесяти не гнать.
Его стандартная шутка.
Они ведь на этой почве и сошлись. Дима пригласил ее на свидание, но вместо ресторана они весь вечер катались по городу. Лиза тогда как раз училась на права и чувствовала себя на дороге уж очень неуверенно. Тогда. Теперь-то она ас!
В самый первый вечер ее восхитило, с каким терпением он объяснял совершенно очевидные вещи. Снова и снова повторял правила, ни разу не накричал. После катаний по городу выехали на трассу и гоняли до четырех утра. А потом любили друг друга там же, в машине, на заднем сиденье.
С того самого вечера так и не расставались.
Дима работал не гонщиком, конечно, а врачом-травматологом, но водил отлично, вот и научил свою девушку всяким премудростям. А еще он, по мнению Лизы, — был самым лучшим на свете мужчиной. С ним вместе в их маленькой съемной двушке на окраине города она чувствовала себя самой счастливой.
— Я бы чувствовала себя гораздо комфортнее, если бы ты пошел со мной, — в очередной раз за этот вечер закинула она удочку. — Ты точно никак не можешь поменяться?
— Прости, милая… — Дима наклонился к ней, едва коснулся губ, ведь знал, что портить Лизе макияж — себе дороже. — Никак не могу, дежурство. Но ты и без меня отлично проведешь время, я уверен. Но на свадьбу через неделю я уже отпросился, так что точно пойдем вместе.
Лиза прижалась к нему на прощание, как она это обычно делала. Почувствовала поцелуй в макушку и проводила его. Потом взяла сумочку, ключи и спустилась. На парковке ее уже ждал Жук, как они с Димой называли новенький серебристый седан, который приобрели вместе.
Жук летал по городу как на крыльях, был маленьким, юрким и очень маневренным. Лиза его обожала. Даже в час-пик добралась до ресторана в рекордные сроки для этого времени суток. Хотя опоздала, конечно, безбожно — почти на полтора часа.
«Женя меня убьет…» — простонала про себя.
Уже собиралась выходить из машины, как вдруг увидела, как сестра спускается по мраморным ступенькам. Июль, вечер, жара, а Женя шла съежившись, будто ее морозило. Обхватила себя одной рукой, второй держала у уха телефон. Лиза хотела было выйти навстречу, но не успела, потому что сестра быстро зашагала к подъехавшему черному фургону-газели. И зачем-то забралась внутрь. А потом из этой газели вдруг вылетел какой-то прямоугольный предмет, похожий на телефон, и машина тронулась вперед.
«Куда она поехала? — тут же начала гадать Лиза. — Зачем выбросила телефон? И почему ей в тридцатипятиградусную жару было холодно?»
Незадолго до того:
Женя чувствовала себя настоящей бабочкой в ярко-красном шелковом платье. Она порхала от одной группы гостей к другой, получала поздравления, улыбки, пожелания долгих лет счастья.
Рубен закатил бесподобную вечеринку. Его помощница, настоящая умница, даром что ноги длинные, отыскала отличный ресторан в центре. Двухэтажный, способный вместить в себя больше двухсот гостей, он уже почти трещал по швам от обилия людей, пришедших поздравить будущих молодоженов.
— Не устала, малышка? — шепнул ей на ухо Рубен, заметив, как Женя начала обмахивать себя ладонью.
Несмотря на обилие кондиционеров, в зале было довольно жарко. Что сказать — июль.
— Всё в порядке, — замурлыкала она. — Пойду немножко освежусь и вернусь. Побудь пока с гостями.
Женя поцеловала его в щеку и ушла в дамскую комнату — попудрить носик. Благо в этом заведении было несколько индивидуальных кабинок с раковинами, можно спокойно перевести дух.
Она вымыла руки, достала помаду, аккуратно нанесла новый слой, представила, с каким азартом Рубен ее съест, зажав где-нибудь в уголке, как он любил. Редко оставлял помаду на ее губах.
