— Молодчина! — похвалил ее Крыстан. — Теперь ты дипломированная ятачка.
Она засмеялась в полный голос. Для нее это было не только испытание, но и подвиг.
Спустя три-четыре дня состояние мое сильно ухудшилось. Мало было ранения, так меня еще скрутила малярия. Она сопровождалась высокой температурой, через день меня трясло, снова пропал аппетит. Я стремительно терял силы, оказался снова прикован к постели. Не только ходить, стоять не мог. Сначала Косерков испугался: трудно было понять причину внезапного повышения температуры. Но когда меня периодически начало трясти, тут уж он поставил диагноз, выписал рецепт и отправил с ним тетушку Захарину в город.
Поскольку малярия была выявлена вовремя и приняты необходимые меры, я опять пошел на поправку. Выздоровел и Крыстан, вдвоем с Косерковым они замыслили акцию против известного в селе врага народа. Эта акция одновременно стала и концом нашего пребывания в Лешниковцах. Мы и так засиделись тут, пора было перебираться на новое место. К тому же слишком многие в окру́ге теперь знали, что где-то поблизости скрываются раненые партизаны. Мы перебрались к дядюшке Кольо в Бусинцы. Это произошло в начале сентября, когда Багрянов подал в отставку и на его место пришел Муравиев — еще более матерый демагог, которому буржуазия поручила объявить нейтралитет. На самом же деле он не только не соблюдал нейтралитета, но тайком от народа старался впрячь страну в колесницу англо-американского империализма, делал все возможное, чтобы немецкая армия была выведена из Болгарии, а не разоружена и обезврежена на месте.
События разворачивались быстро. Красная Армия вышла к нашей границе, народ готовился к решительному удару, а наш отряд все задерживался на югославской территории. Это, конечно, нехорошо: в такой момент отряду следовало быть на родине.
В Бусинцах мы остались с Косерковым вдвоем. Крыстан, Милка и Цеца отправились в Эрул, чтобы связаться с Георгием Григоровым, после чего Крыстану предстояло вернуться в свою околию. Он уже полностью выздоровел.
В связи с быстро развивающимися событиями 5 августа на вершине Крыста, неподалеку от села Эрул, состоялось совещание ответственных представителей партии в Радомирской, Трынской, Брезникской и Софийской околиях. Присутствовали Георгий Аврамов, Георгий Григоров, Денчо Гюров, Славчо Радомирский, Свилен Веселинов и Крыстан Крыстанов. Совещание проводил представитель Софийского окружного комитета партии и Отечественного фронта.
Основным на совещании был вопрос о вооружении софийской партийной организации, Шопского и Царибродского отрядов. Это свидетельствовало, что подготовка решающего удара по фашистскому правительству идет полным ходом и что дело сейчас — за оружием. Хотя мы и сами ощущали известный недостаток оружия, поскольку в отряд непрерывно вливались новые бойцы, все же было решено выделить часть и отправить оружие в Софию.
Вторым обсуждался вопрос о создании свободной территории. Мы не могли больше кочевать от села к селу, от одного горного массива к другому. Нужна была своя территория, на которой мы установим власть Отечественного фронта и будем защищать ее всеми силами и средствами.
Третьим вопросом, поставленным на обсуждение, была наша политика в отношении царской армии, разложение которой день ото дня углублялось. Без разгрома армии как орудия фашистской диктатуры невозможен быстрый захват власти.
В конце совещания товарищ из окружного комитета сообщил об изменениях, которые партия произвела в руководстве зоной. Меня назначили командующим, Георгия Аврамова — комиссаром, а Денчо стал главным инструктором по боевой деятельности всех отрядов зоны.
Во время совещания было получено известие из Югославии, что ожидается прибытие оружия. В силу этого отряду пришлось немедленно покинуть трынскую территорию и направиться в село Петрова-Гора Вранской околии, где состоялась встреча бойцов отряда с уже прибывшей в этот район нашей бригадой имени Георгия Димитрова под командованием Атанаса Русева и Кирила Игнатова.
О формировании бригады имени Георгия Димитрова стало известно окружному комитету партии, и он решил принять все меры для ее укрепления. Заняться этим на месте поручили начальнику штаба зоны Здравко Георгиеву, который в середине августа прибыл в село Крива-Ливада Вранской околии. Там в эти дни находились товарищи Киро Игнатов, Атанас Русев, Георгий Аврамов, Денчо Гюров, Кирил Богословский, Выльо Вылев, Борис Ташев, Славчо Венев и Иван Маринов. Они приняли участие в совещании, которое обсудило морально-политическое состояние бригады и решило немедленно пополнить ее примерно пятьюдесятью опытными партизанами из состава Трынского и Босилеградского отрядов. В их число попали Славчо Венев, Сашо Бырлиев, Марко Бехар, Златко Янакиев, Никола Тасков, Петр Младенов, Иван Янакиев, Зиновий Зиновиев и другие. Таким образом, бригада возросла до трехсот человек и стала полностью боеспособной единицей, в связи с чем, учитывая просьбу югославских руководителей, ее перебросили в Македонию.
