Не так воспитан полностью

– Максимов, вот скажи мне, что это за хрень? – спросил генерал, стоя лицом к карте и спиной к стоящему в палатке полковнику со старшим лейтенантом.

– Не могу знать, товарищ генерал.

Генерал повернулся и протянул полковнику шифрограмму. Взяв в руки листок, полковник углубился в чтение.

– Так, закрепились в доме, ведем планомерную зачистку, пришлите побольше лопат. Если есть, можно копья и мечи, но лучше лопаты. – Полковник, закончив читать, поднял на генерала глаза.

– Вот скажи мне. Они там что, обкурились или набухались? Что за хрень они тут пишут? Как? Как, мля, это понимать? Мы тут уже четвертый день, и ни хрена не понятно, единственное подразделение, которое сумело закрепиться и хоть как-то предоставлять данные, это спецподразделение Смолова и ваш этот сержант… как его там.

– Инсендио.

– Вот-вот. Он. При этом три дня все нормально шло, а на четвертый им, видите ли, лопаты нужны. На кой?

– Осмелюсь предположить, – влез в разговор стоящий рядом с полковником старший лейтенант, – но возможно, при уничтожении противника им просто необходимо куда-то девать трупы?

– Хм… да? Ну, может, в этом что-то есть. Но почему просят больше лопат, а не патронов.

– Надо ждать другого сеанса связи, – пожимает плечами полковник.

– Пап, а почему мама иногда дает такие четкие указания? Ведь слуги у нас очень сообразительные.

– Для того, чтоб подчиненные не смогли сделать все по-своему.

– Но как такое возможно? Ведь им говорят: принеси то-то или сходи туда-то.

– Ну, допустим, ты попросил принести тебе хлеба, и слуга пошел за хлебом. Но ведь он может пойти и в другой город за хлебом.

– Зачем?

– Ну, ему хочется тебе угодить, а лучший хлеб в том городе.

– Да? Тогда, наверное, слуга прав.

– А если до того города идти месяц, а ты очень хочешь есть?

– Порталом отправить?

– Как вариант, конечно, но лучше сразу указать, где он должен взять хлеб.

– То есть, получается, некоторым надо давать четкие указания, чтоб они не перестарались?

– Примерно так.

Когда прошел первый шок от сотворенного Алисой, мы быстренько собрались и вернулись обратно в дом. Там уже Машка привела в чувство самых «контуженых» и залечила многим их порезы и ушибы. Сама виновница произошедшего взрыва сидела с ошарашенным видом и слабо реагировала на то, что происходило вокруг. Бойцы спецподразделения на нее косились с изрядной долей недоверия и немного страха.

Ученики же пребывали в смятении. С одной стороны, они смогли укокошить большого монстра, с другой – укокошила в большей степени Алиса. Но ведь Алиса тоже ученица, а значит, вроде как своя, то есть, победу можно записать на всех.

– Знаете, я, конечно, понимаю, что моим ученикам вскружили голову победы, но чтобы боевой офицер так увлекся – это уже чересчур, – начал я разбор полетов. – Скажи, Егор, на кой вас на этого монстра потянуло? А, хотя не отвечай. Решили силы проверить? Мелочь вам уже не интересна. Так вот спешу вас всех разочаровать, этот монстр был самым слабым из тех, что возможны. Обычный рыцарь смерти раскатал бы вас и даже не заметил преграды. И вообще, почему вы решили, что сможете просто так упокоить голема плоти? Я уже не говорю о том, что действительно действенное заклинание против такого противника вы даже не применяли.

– Простите, учитель, а какое заклинание вы сейчас имеете в виду? – спросил Никита.

– Упокоения. Светлана вполне могла кидать это заклинание на него, и с того бы отваливались части тела. При этом восстановление этих частей заняло бы в разы больше времени под влиянием заклинания. Вам всего-то надо было прикрывать ее и ждать, пока не оголится управляющий контур, и потом просто нарушить его работу.

– Какой управляющий контур? – это влез лейтенант.