Не теряя ни секунды, вампир бросился к выходу, который предназначался для персонала, предварительно прослушивая, нет ли подозрительных мыслей на его пути. Пожилой охранник, стороживший выход, спал глубоким сном, оперевшись на сложенные на столе руки, и негромко храпел. Парень в одно мгновение проскользнул мимо него, оставляя после себя лишь легкое дуновение ветра.
Всю недолгую дорогу до дома Элизабет Эдварда мучил рой тяжелых мыслей в голове. Он ни на секунду не переставал думать о Белле, одновременно мечтая увидеть Элизабет. Нет, он нисколько не сомневался в своей всепоглощающей любви к Белле, которая являлась смыслом его существования, но его также тянуло магнитом к аромату еле знакомой девушки, физически сопротивляться которому он не мог, как ни старался.
Элизабет снимала небольшую квартирку на первом этаже в центре города, что усложняло задачу Эдварда остаться незамеченным из-за яркого освещения улицы. Он внимательно прислушался к шорохам ночи. Мысли людей, находившихся в радиусе сотни метров от него, были отсутствующими, что свидетельствовало лишь о том, что их хозяева покоились глубоким сном.
Найдя нужное окно, Эдвард в нетерпении слегка приоткрыл его и в одно мгновение оказался внутри, предусмотрительно задерживая дыхание.
Элизабет сладко посапывала в своей постели. Парень замер, как могут замирать только вампиры, наблюдая столь интимную картину пребывания девушки в Царстве Морфея. Не в силах больше сдерживаться, Эдвард позволил себе осторожно вдохнуть, и голова его тут же закружилась от пьянящего аромата крови, а рот моментально наполнился ядом. «Что ты делаешь, безумец?» - спрашивал вампир сам себя в очередной раз, но оторвать взгляд от девушки не мог и продолжал жадно вдыхать тягучий воздух, наполненный ее ароматом, всеми силами борясь с мучительной жаждой, которая безжалостно сжигала его вены. Вампир все продолжал часто втягивать воздух, словно утопающий, который только что вырвался из пучины океана, пока мысли его окончательно не затуманились от невыносимой жажды крови. Непроизвольно он сделал незначительное движение в сторону спящей девушки, не в силах выносить эту адскую агонию. В ту же секунду Элизабет тревожно пошевелилась во сне, заставляя Эдварда тем самым прийти в себя. Вампир мгновенно выскользнул в окно, ощущая, как возвращается ясность ума и как страх за себя, за свою семью, за жизнь незнакомки окутывает его каменное сердце.
***
Белле снился кошмар. Она бежит по осенней поляне, пытаясь догнать неясную фигуру, скрывающуюся за деревьями. Девушка знает только одно – если фигура исчезнет из виду, ей больше никогда ее не догнать. Она не может ее упустить, иначе она просто не выживет. Ноги ее путаются в высокой сухой траве, мешая ускорить бег. Фигура уже совсем пропала из виду, а Белла изо всех сил безрезультатно все пытается бежать на ватных ногах, которые вовсе отказываются ее слушаться. Белла споткнулась и обессиленно упала в траву, сопротивляясь накатывающей на нее панике и ужасу. И даже на крик отчаяния уже не оставалось сил…
Девушка резко села на кровати, пытаясь восстановить дыхание и успокоить бешено колотящееся о грудную клетку сердце. Паника начала немного отступать под осознанием реальности. Это всего лишь сон… Однако что-то было не так. Она обернулась, ища глазами любимого, но его не было ни в постели, ни в кресле у окна, нигде.
Белла попыталась найти оправдание отсутствию Эдварда, но тревога с новой силой накрыла ее. Девушке всегда было трудно поверить в любовь столь прекрасного создания к ней, обыденной, ничем не примечательной простушке, сколько бы раз Эдвард ни уверял ее в своей привязанности к ней. Она робко надеялась на его взаимность, но не была в ней уверена. Белла нуждалась в Эдварде больше, чем в воздухе или воде. Она не смогла бы прожить и дня, не услышав хоть раз его волшебный голос или не увидев его прекрасное лицо. Белла наслаждалась своим счастьем, наслаждалась присутствием Эдварда в ее скучной жизни и боялась даже подумать о том, что он может исчезнуть из ее судьбы.
Вот и сейчас его отсутствие говорило ей только о том, что она ему наскучила. Белла задавала себе вопрос, а кто она такая, чтобы Эдвард проводил в ее комнате все ночи напролет, охраняя ее сон? И тут же отвечала сама себе - никто. Она только продолжала молить Бога о том, чтобы завтра утром вновь иметь возможность увидеть его, вдохнуть сладкий аромат его кожи, прикоснуться к нему, услышать его голос…
***
