Хотя было ясно, что Незерсоул этого не заметил. Он хвастался, что ни один другой повар не знает, как приготовить такое превосходное блюдо на скорую руку, как его.
Мисс Пэрриш хватило такта не только оставить Незерсоула в неведении, но и высказать свои комплименты Брэндону, сказав:
— Я уверена, что еще ни один пикник не был организован с такой тщательностью и не состоял из такого разнообразия роскошных блюд.
Короче говоря, она была идеальной хозяйкой… но для дома, который ей не принадлежал.
Однако Незерсоул, похоже, не возражал. На самом деле, насколько мог судить Брэндон, он вообще не управлял своим домом. Он не давал никаких указаний своим слугам, оставляя их в растерянности.
И дворецкий, и экономка почувствовали явное облегчение, когда мисс Пэрриш взяла руководство на себя, сообщив персоналу об импровизированном пикнике на террасе. Она проследила за тем, чтобы зонтики были расставлены по местам, чтобы стол был сервирован фарфором с рисунком в виде роз, и послала на кухню инструкции принести чай и лимонад, а кофе уже ближе к концу визита.
За годы управления собственным домом Брэндон знал, что у слуг итак достаточно дел, и им не хочется задумываться о сервировке, меню и тому подобном. И поэтому он восхищался легкостью, с которой она справлялась с этими задачами.
Но ему действовало на нервы то, что она играла роль жены для человека, который вел себя как избалованный ребенок.
— Наш хозяин ужасно обаятелен и красив, — задумчиво произнесла Мэг. — Но чего я не понимаю, так это почему он тебе не нравится. Даже с того момента, как меня впервые представили ему, ты был грубоватым. Ты даже солгал о том, что моя танцевальная карточка заполнена.
— Возможно, я нахожу его слишком обаятельным.
По общему мнению, Незерсоул был настоящим сорванцом. Всякий раз, когда распространялся слух о незаконных свиданиях за закрытыми дверями, он первым брал на себя ответственность, смело заявляя о своей невиновности с лукавой ухмылкой на лице. И он впитывал похвалы своих подхалимов-лордов, как миску девонширских сливок.
Брэндон не был уверен, был ли Незерсоул настоящим распутником или просто притворялся им из-за каких-то неверно истолкованных представлений о мужественности. Однако из осторожности он держал Мэг подальше от таких, как этот пресловутый бабник.
— Элли не возражает.
— Да, так и есть.
Это тоже беспокоило Брэндона.
Она, казалось, была слепа к недостаткам Джорджа, что напомнило Брэндону себя самого, когда он был без ума от Фиби. Она тоже была невероятной кокеткой. Но он находил ее смелую и беззаботную натуру совершенно очаровательной. Ему никогда не приходило в голову, что она играла с его чувствами. Что для нее все это было просто игрой.
Затем с его глаз сняли шоры. И, если только он не ошибался насчет Незерсоула, то однажды то же самое случится и с мисс Пэрриш.
Не то чтобы это было его заботой. Он давно научился не связываться с женщинами, на чью привязанность он не мог претендовать.
— Все эти разговоры о гонках довольно волнующие, — вставила Миртл Пэрриш в один из коротких моментов, когда Незерсоул переводил дух. — А твои новый фаэтон и лошади, я уверена, самое то для молодого холостяка, который шатается по городу на зависть всем…
Мэйв Пэрриш откашлялась и быстро добавила:
— Но для мужчины, мечтающего о счастливом будущем и сияющей невесте рядом с ним, возможно, он мог бы сделать свою следующую покупку немного более сдержанной.
Незерсоул рассмеялся с притворной тревогой.
— Не стоит пока заставлять меня покупать детскую коляску, леди. У меня еще полно времени для всей этой суеты и беспокойства. Верно, Халлуорт? Самый неуловимый холостяк Лондона определенно не спешит к священнику за кандалами.
— Нет, конечно, — сказал Брэндон, как будто заученно. Но когда он увидел выражение сочувственного торжества на лице хозяина, он счел необходимым добавить:
— Однако я не против института брака. Мои собственные родители были вполне довольны. Их пример искренней привязанности, взаимного доверия и поддержки произвел на меня неизгладимое впечатление. Я не соглашусь на меньшее. И я бы хотел, чтобы моя сестра или ее друзья, — он взглянул на Элли, — считали так же.
— Никто не смог бы придраться к такому замечательному намерению, — сказала она ему с теплой улыбкой.
— Никто? — вмешалась его сестра.
— Элли, ты должна в первую очередь быть другом мне. А мой замечательный брат отказывается верить, что я могу сама принимать решения относительно своего будущего.
— Прости меня, Мэг. Я забылась на мгновение, — сказала мисс Пэрриш, отводя от него взгляд, чтобы заговорщически улыбнуться его сестре. — Ты, конечно, права. Любой мужчина, который сомневается в праве женщины самой выбирать свое счастье, — настоящий людоед, переодетый джентльменом.
