— Действительно. Некоторые могут даже подумать, что вы виноваты в том, что провоцируете их, расхаживая с важным видом и крадя внимание у своей сестры. По крайней мере, вы могли бы попытаться замаскироваться на публике.
— Отличное замечание, — согласилась Мэг, кивнув и поджав губы. — Я думаю, из тебя получился бы прекрасный маленький старичок. В твоем возрасте это не займет много времени. Ты мог бы напудрить волосы.
— Носить очки и курить трубку.
— И нет необходимости подкладывать что-то под рубашку, потому что ты уже на пути к тому, чтобы обзавестись брюшком.
Элли цокнула языком.
— Позор, правда.
— Прошу прощения, — сказал он, оскорбленный и нахмурившийся, когда его рука погладила его идеально подтянутый живот.
— Тщеславие, имя тебе лорд Халлуорт, — сказала Элли себе под нос, скрывая тот факт, что она не отказалась бы сама погладить его живот.
Он покосился на нее, но в уголках его рта притаилась усмешка.
— Теперь вы закончили развлекаться за мой счет?
— Закончили? — спросила Элли, поворачиваясь к своей подруге.
Мэг кивнула.
— Как бы мне ни было больно заканчивать эту перепалку, боюсь, мы должны. Если я не ошибаюсь, стайка направляется в нашу сторону.
Они втроем выглянули из-за кустов, которые так долго неплохо скрывали их, только чтобы увидеть полдюжины дебютанток и их мамаш-заговорщиц, уверенно марширующих по тропинке. Как охотничий отряд без лошадей.
Элли положила руку ему на рукав.
— Вам лучше уйти, пока у вас есть такая возможность.
Он опустил взгляд, и только тогда она поняла, что натворила. Она тут же отстранилась, обхватив кончиками пальцев ладонь. И он посмотрел на нее так, что у нее участился пульс.
Он задержался еще на секунду, достаточно долго, чтобы Мэг раздраженно обернулась и потянула его за руку. Затем, как раз перед тем, как они скрылись, он коснулся полей своей шляпы.
— Пока наши пути снова не пересекутся, мисс Пэрриш.
Да помогут ей небеса, Элли уже с нетерпением ждала этого.
Но, конечно, это не имело никакого значения. Также ничего не значило то, что она отправил посылку в его резиденцию позже в тот же день.
Уединившись в своем кабинете, Брэндон с жадным любопытством развернул маленький сверток. Что могла прислать ему мисс Пэрриш? Затем, когда он поднял предмет внутри и поднес его к глазам для осмотра, он не смог удержаться от смеха.
С кончиков его пальцев свисал тонко сшитый лоскуток черного шелка с двумя миндалевидными разрезами и лентой по бокам.
Он немедленно написал ответ.
Он рассматривал послание несколько минут. Стоит ли ему отправлять его? Или это слишком кокетливое послание к другу?
За эти годы у него была дружба с женщинами. Но обычно это были жены и близкие родственницы его друзей, и отношения у них были исключительно платонические.
Ему никогда не хотелось целовать их так сильно, что аж болели зубы. Никогда не хотелось провести руками по каждому дюйму их плоти. Никогда не хотелось проглатывать каждый тихий вздох, срывающийся с их губ, как будто это была амброзия.
Его дружба с мисс Пэрриш привела его на совершенно чужую территорию, по которой ему придется передвигаться с особой осторожностью. В конце концов, она имела виды на Незерсоула, напомнил он себе. Это само по себе делало его собственный выбор еще более очевидным.
Следовательно, он просто выполнит их сделку, предложив свой опыт и знания, чтобы помочь в ее исследованиях. Поцелуев больше не будет.
Чувствуя уверенность в своем решении, он отправил письмо. Теперь, если бы только он мог перестать думать о ней.
Проблема была в том, что мисс Пэрриш была повсюду.
Во вторник он увидел ее в книжном магазине на Финсбери-сквер. Он спускался по лестнице с книгой в руке, когда заметил, что она стоит возле карусели в центре главного этажа, а продавец протягивает ей завернутую в бумагу покупку.
На мгновение Брэндон задумался о том, чтобы незаметно проскользнуть в хранилище. Он не знал, как часто человек может искушать Судьбу, прежде чем она восстанет против него. Но как только эта мысль пришла ему в голову, он увидел, как ее голова грациозно приподнялась, шляпка наклонилась в его сторону, ее взгляд скользнул по комнате, устланной зеленым ковром, ищущий, как будто она услышала шепот своего имени, а затем… она увидела его.
Она тут же улыбнулась. Он тоже. И все же под шейным платком его шея напряглась, а в горле пересохло.
Начав пересекать комнату, он сглотнул. Однако эта особая жажда оставалась — и всегда будет оставаться — неутоленной.
— Мисс Пэрриш — сказал он, останавливаясь рядом с ней. — Кажется, нам снова пришла одна и та же идея.
Ее тонкие темные брови изогнулись, в глазах цвета ирисок промелькнуло что-то игривое.
