Диодор вернулся назад с мазью и к нашей радости она сразу же помогла. Единорог встал с места, поклонился нам и отправился домой в свой родной лес. А мы вернулись в дом Диодора, чтобы провести время втроём до ужина. Болтали, играли, а потом ушли стрелять из лука. Я много тренировался, так что с лёгкостью победил даже эльфа. Хотя он, может быть, и поддавался.
Диодор притащил на тарелке вишнёвый пирог, который мы решили разыграть как приз.
— Эту победу я посвящаю тебе и приз тоже, — я протянул тарелку Эль.
— Спасибо, но я совершенно не заслужила такого, — смутилась девушка, ведь она стреляла хуже всех, но мне было всё равно.
— Поверь мне, ты заслуживаешь самого лучшего, что может быть на земле.
Я отломил кусочек пирога и поднёс ко рту Эль. Когда она смущённо откусила пирог, коснувшись моих пальцев влажным губами, я чуть из штанов не выпрыгнул от желания обладать ей прямо здесь и сейчас.
— Пожалуйста, угощайся, — я отстранился, протягивая тарелку девушке. Так будет надёжнее всего. Лучше вообще отойти подальше от объекта своих желаний.
Наконец-то стемнело, я увидел пролетающего мимо нас комара-Диодора и понял его знак. Всё готово и можно отправляться к полянке в гущу леса. Там нас ждал накрытый вкусняшками стол. Эль заметно расслабилась. Мы с ней болтали обо всём на свете и я отмечал, что девушка уже не так шарахается от меня, мы наконец-то нашли общий язык. И с ней было очень приятно разговаривать, я всё больше убеждался, что нашёл не только любимую девушку, но и хорошего друга. Довольные прогулкой, мы вернулись домой. Стараясь не перегибать палку, я вновь просто оставил поцелуй на запястье Эль и отправился домой. Как же тяжело было держать себя в руках!
После знаменательной прогулки по лесу прошло уже пару дней, а я никак не могла разобраться в своих чувствах. И случилось ещё кое-что, напугавшее меня до дрожи в коленках…
Сначала всё было хорошо. В первый день мы с Криспианом наведались в театр и попробовали читать свои роли на сцене. В этот раз Магнус был хмур и постоянно нас поправлял. Потом пришли фотографы и сделали несколько наших с Криспианом снимков. Всё это требовалось для оформления афиш, которые вскоре должны были украсить всю столицу.
Уже даже была назначена дата спектакля, а мы только приступали к заучиванию наших ролей.
Криспиан. Я никак не могла теперь смотреть на него тем же взглядом. Я видела его заботливым, внимательным ко мне. Он не переходил границ и вёл себя со мной абсолютно естественно. Неужели всё-таки у нас с ним есть на что-то шанс? Но сомнения никуда не уходили окончательно. Он меня столько раз обманывал, что я каждую секунду твердила себе о том, что нельзя верить этому наглому дракону.
После репетиции в театре, мы пошли вновь на набережную и смотрели на море до самого вечера, весело болтая обо всём на свете. Только здесь я не обращала внимания на взгляды людей. А они были. Все тыкали в меня пальцами и шептались по углам.
А возле дома крутились влюблённые в герцога Беккера девушки. На балкон я решила больше не выходить, чтобы не получить чем-нибудь по голове и не встретиться случайно с Ламаром. Безопасно я чувствовала себя только рядом с Криспианом. Толпа расступалась перед нами и все разговоры мгновенно затухали. Он был оплотом надёжности и защиты от внешнего мира.
На второй день мы опять с утра были на репетиции в театре и Магнус уже не просто был хмурым, он пылал гневом. Открыто он не высказывал нам ничего особенного, но я ловила несколько его взглядов на себе и мне казалось, что директор театра недоволен именно мной. Почему?
— Будете репетировать до вечера, — бросил Монингем. — Я не вижу в вас огня. Элина, ты вообще какая-то рассеянная. Ну же, Криспиан! Вдохни в свою невесту жизнь, во время проб между вами была искра, а сейчас вы какие-то чинно-благодетельные. Больше страсти, скрытой жажды любви!
Мы с Криспианом переглянулись. К щекам начала приливать кровь.
— Ваши герои влюблены друг в друга с первой встречи, с первого поцелуя произошла эта магия. Но оба не готовы признаться в чувствах ни себе, ни друг другу. Они сходят с ума, хотят быть вместе, но всё не так просто, потому что между ними лежит обман, — давал нам раскладку Магнус и мне казалось, что он говорит не о сценарии, а о нас с Криспианом.
Вот только я не могла поверить, что мой дракон говорил мне правду, когда произнёс заветные слова про любовь. А что если я ошибаюсь? Что, если Криспиан и в самом деле испытывает ко мне то, что он сказал? Как же всё запутано!
