Сигнал тревоги раздался, когда его совсем не ждали. Разумеется, тревоге и полагается быть неожиданной, но когда долгое время проводишь в космосе, на запечатанных в бесконечности плавучих базах, знаешь: бывают дни, настолько поглощенные рутиной, что поневоле вслушиваешься, хоть и без особой надежды: не зазвенит ли. А бывает другое: непонятное предчувствие сдавливает душу, и знаешь безотчетно: сегодня будет тревога. И такая тревога обычно оказывается общей.
На сей раз было только оповещение о входе корабля в док. В столовой многие и ухом не повели. И все же базу оповещали об этом только в тех случаях, если корабль доставлял пассажиров, либо требующих немедленной помощи, либо вовсе не идентифицированных. Так что Шивон Ник Леоч на миг задержалась с подносом в руках, ожидая следующего объявления.
Не прогадала.
Больше всего Центр по вечерам напоминал огромную школу-интернат. Такое же ощущение привычности и бесприютности. У окна с видом на искусственный водопад сидели только приятель Шивон -- биолог-бертиец -- и новенький с Софии. София входила в ту же звездную систему, что и Траепа, и у софийцев были небольшие способности к телепатии.
-- Кажется, кого-то из нас сейчас вызовут к Шефу, -- сказал биолог. Так и оказалось: Шеф потребовал к себе лингвиста.
В маленьком Спасательно-координационном центре в созвездии Хамелеона лингвистов было мало. Такие центры первыми оснащали традукторами для всех известных языков.
Платили здесь не слишком хорошо, хотя ведомство Дальнолета добавляло немного за работу на "отдаленных участках". Но и работы мало: Шивон держали здесь в основном на случай неожиданных контактов. Вот она, кажется, неожиданность...
Пришлось несколькими торопливыми глотками приканчивать напиток "Бодрость". Редкостная гадость, но Шивон подсела на нее еще крепче, чем на кофе, который в такую даль просто не завозили.
Старшим дежурным офицером в этот вечер оказался бывший беженец с Леи. У лейцев нет индивидуальных имен, поэтому тут его звали просто Шеф. Он печально посмотрел на вошедшую Шивон и вопросил:
-- Ты можешь мне сказать, почему гагаринцы прилетают ровно в мое дежурство?
Видно, на базу притащили что-то вовсе невиданное. Обычно Шеф на гагаринцев не злословил: когда-то они эвакуировали его с Леи и привезли, полуживого, к себе на базу.
-- Что говорят?
-- В том-то и дело, что ничего. Потому я тебя и вызвал. Мы вообще... не уверены, что они могут говорить.
***
-- Страннейшая, я вам скажу, история, -- начал гагаринец. Он-то был бодрее некуда. -- Это не мы их нашли, а вентийцы. Корабль у них научный, проходил недалеко от Дзеты-Ха. Вызывают нас: неизвестное судно, получили SOS, звали -- не отвечает. Ну, мы просим координаты. И правда судно, чье, откуда? Непонятно. Связи, опять же, никакой. Что ты будешь делать? Старший брат говорит -- идите и вскрывайте. Ну что, мы пошли и вскрыли. Жизнеобеспечение полетело, ни зги не видно. И вот эти лежат. Сенсоры говорят -- живые. А кто живой, поди пойми, я таких в жизни не видел. Что будешь делать, забрали к себе. Естественно, пока везли, обследовали как могли, но в наших базах ничего подобного нет.
-- А отвезти их на базу Ордена вам Гагарин не позволил? -- кисло сказал Шеф.
-- Побоялись, что не дотянут. И распоряжения, опять же. По законам Дальнолета...
По законам Дальнолета у СКЦ не оставалось иного выхода, как принять спасенных.
Их поместили в "аквариум" -- помещение с прозрачными стенами на гостевом ярусе, куда можно было подать водород. Аквариум и предназначался для карантина -- либо для приема таких вот неопознанных пострадавших. За то время, что Шивон здесь провела, им не разу не пользовались.
Шивон молчала, застигнутая странным дежа-вю. Непонятный сигнал о помощи, корабль, молчащий по прибытии спасателей... В животе заныло от тревоги -- наверняка необоснованной. Шивон украдкой вытерла об одежду вспотевшие ладони.
Единственное, что знали о нежданных гостях -- что они водорододышащие. Жизнеобеспечение у корабля отключилось, когда гагаринцы до него добрались, но следы водорода остались. Спасенных оказалось немного -- пятнадцать душ, сказали бы раньше. Да еще неизвестно, есть ли у них души. Были они вытянутыми, с бесцветными блестящими телами. Теперь, проснувшись, они щерили рты с длинными острыми зубами, хаотично поднимали конечности, одни -- увенчанные щупальцами, а другие -- чем-то вроде присосок. Благодаря им существа двигались с одинаковой легкостью по горизонтали и по стене "аквариума", но движение их было как-то беспорядочно. Глаза, располагавшиеся (кажется) на голове, смотрели мутно.
У одного из "гостей" щупальце раскрылось, как цветок, и из его середины высунулся острый шип. Этим шипом гость неловко водил по прозрачной стенке. Теперь уже не только Шивон стало не по себе.
-- Прорежет ведь, -- сказал Шеф.
Гагаринец, не слушая его, опустился перед "аквариумом" на корточки. Приложил ладонь к прозрачной стенке.
-- Эх, брат... Посмотрите, им ведь нужно было построить корабль, верно? Зубы -- это чтоб измельчать материал, да?
