С первого взгляда бывшая жена Юркова категорически не понравилась Щукину. Во-первых, имя – Вера Ивановна, как его бывшая тёща. Во-вторых, эта Вера Ивановна приехала на машине, черной, чистенькой, сверкающей, как после мойки, «Тойоте Лэнд Крузер». Эта машина оказалась один в один, как та, которую отсудила у Павла его бывшая жена, Ирина. У Щукина, смотревшего из окна, даже сердце заныло, он так долго мечтал о машине, скребся из последних сил, искал подержанную, но не слишком убитую. Нашел – и так мало поездил! Обида на жену из-за машины всплывала каждый раз, как она не давала встречаться с дочкой, Полинкой. За весь отпуск 2 раза брал дочку: в зоопарк сводил, да на пляже искупал. Как она радовалась! А завтра Ирина опять придумала отмазку, хотя по закону каждый выходной разрешено видеться. Сказала, что не даст ребёнка – специально на стрижку записала. Вот они, бабы! И эта – из того же теста. Машину, небось, отсудила у мужа, покойного. А потом мало показалось, стала требовать денег, на бензин, к примеру. Слово за слово – схватилась за ножик… Нет, за что она там схватилась? За статуэтку с каминной полки. Тьфу-ты, ну-ты! Камины у них, статуэтки… Обозлилась, схватила эту штучку – бац прямо в висок!
Тут Вера Ивановна вошла в кабинет с видом королевы, одетая с иголочки, все самое модное, и прическа нарочито небрежная, маникюр-педикюр разноцветный: половина ногтей желтая, половина зелёная. И прямо с порога начала грубить и качать права, что её отвлекают от работы, а все – из-за ошибки дэпээсника. И злыми серыми глазами так и зыркает, волчица – одно слово.
«Да что за наглость такая? Я ей – «право», она мне – «лево». И не слушает, и на вопросы не отвечает. Пытается сбить с толку? Оскорбленную невинность разыгрывает. Ничего, и не таких раскалывали».
– Вера Ивановна! Можно взглянуть на ваш паспорт?
– …? Можно.
– Присаживайтесь. (Замолчала, наконец, и присела). Давайте экономить ваше и мое время. Я задаю вопросы, вы отвечаете, мы расходимся. Идет?
– Идет. (Ага, реагирует адекватно).
– Начнем по порядку. Фамилия, имя, отчество…
Надо же так складно врать! Целый час почти без запинки. Я почти поверил ей. А тут Костя сообщил, что свидетельница из Мельниково видела черный джип, да ещё и с цифрой 7 в номере. Запомнила, потому что ей самой 70 лет на днях исполняется, юбилей. А у Веры Ивановны на машине номер – 075. Всё, попалась. Надо её ошеломить.
– Я вынужден вас задержать на 48 часов.
Сначала она растерялась, стала заикаться, мямлить, глазками хлопать.
– За что?!
А я ещё жестче:
– По подозрению в убийстве Юркова Виктора Петровича.
Я был уверен, что она сейчас сознается. А она залпом допила свой холодный чай, бокал со стуком поставила – и тут же вернула свой облик «волчицы».
– У меня есть право сделать звонок своему адвокату.
Позвонила и молчала до самого его приезда, все 30 минут. И как молчала! Я в жизни такого не видел. Села прямо, в стенку уставилась, руки на колени опустила и не шелохнулась. Большой и указательный пальцы соединила и, кажется, дышать перестала. Я Костю в коридор вывел, а он объяснил, что это йога. То есть с ней все в порядке, санитаров вызывать не надо.
Я не стал даром время терять, сходил к экспертам, что там нашли по отпечаткам. А нашли такое, что я уже был уверен: раскроем прямо по горячим следам. Удалось установить, что отпечатки пальцев на чашке с розочками из дома убитого принадлежат этой самой Вере Ивановне. Отпечатки её пальцев попали в нашу базу несколько лет назад: эта женщина оказалась свидетелем какой-то драки. Теперь-то она расколется, врать бесполезно!
Приехал адвокат, один вид которого вызвал у меня приступ зубной боли. Матерый такой адвокатище, родом из 90-х, но не старый ещё, сорока не будет. За версту от него разит дорогим парфюмом и дорогим гонораром. Разодет, ухожен, хоть сейчас в английский парламент. Такой любую преступницу выставит святой. «Статуя» ожила, заулыбалась. Посовещались они недолго, а потом разговор пошёл совсем другой.
Прежде всего Дима спросил:
– Ты это сделала, в чем тебя подозревают?
– Нет.
– На месте преступления была?
– Никогда в жизни.
Он улыбнулся одобрительно.
– Мы готовы ответить на ваши вопросы.
Буквально через 10 минут, Дима уложил Щукина на обе лопатки и подвел итог.
– Таким образом, у вас нет оснований задерживать Веру Ивановну Кривцову. Что касается алиби, так спросите прямо, где Вера Ивановна находилась в момент преступления.
Вместо этого Щукин задал совершенно новый для меня вопрос.
– Вера Ивановна, о чем вы разговаривали по телефону с бывшим мужем?
– Когда? – спросила я, чтобы выиграть время. Ведь знал, инквизитор, уже всё знал, приберег напоследок! Спокойно, Вера, соберись!
– Он звонил вам неделю назад и непосредственно утром в день убийства. Более того, вы сами звонили ему несколько раз подряд перед тем, когда его убили.
– Я хотела заехать к нему на несколько минут проезжая мимо Мельниково в Новый поселок, но не получилось из-за аварии.
– Зачем?
– Скажем так, некие финансовые дела бывших супругов.
– А подробнее?
