— Милая моя, я говорю чистую правду. — Заметив, что она хочет что-то сказать, он примирительно поднял руку. — Знаю, знаю, по-твоему, это все лесть и комплименты — посему я умолкаю.
— Да нет, я просто хотела поблагодарить тебя за цветы. Ты уже совсем вернулся?
— Да. Наша работа в Шайенне уже две недели как закончилась. — Он хитровато приподнял бровь. — А почему ты не спрашиваешь, подписал ли губернатор законопроект об избирательном праве для женщин?
— Неужто подписал?
— В сентябре можешь уже участвовать в первых выборах, — усмехнулся Клей.
— Надо же! — Кейт налила ему кофе. — Представляю, как Джонатан обрадуется, когда узнает, что у меня теперь тоже есть право голоса, — язвительно заметила она и, поставив печенье на стол, жестом пригласила гостя садиться.
— Клей! — на кухню торопливо ворвался Джонатан и чуть ли не по пятам за ним Коул и Леви. Надо сказать, что Джонатан без особого восторга встретил вернувшихся раньше времени сыновей, но при виде белоснежного жеребца Клея у дверей он и вовсе взвился как ужаленный. Стоило ему представить Кейт на кухне наедине с галантным южанином, как в нем опять взыграла ревность, и, бросив Сэма Джонсона с напарником на своего компаньона, он чуть не бегом припустил к дому.
Довольный тем, как ловко он научился скрывать свои истинные чувства, Джонатан крепко пожал соседу руку и, с неестественной, словно приклеенной к лицу улыбкой, сел напротив. Глядя на это дружеское приветствие, никто бы не догадался, что в эту минуту ему больше всего на свете хочется дать своему гостю хорошего пинка под зад, чтобы он катился ко всем чертям!.. Никто, кроме его сыновей, которые успели обменяться очень многозначительными взглядами.
Усевшись с двух сторон наподобие двух маленьких стервятников, они внимательно выслушали все разговоры о новых законах, о зиме, о ценах на скот, о лошадях и о новоприобретенном быке Джонатана. И только когда Клей по-особенному ласково улыбнулся Кейт, подливавшей ему кофе, и губы Джонатана сжались плотнее обычного, а щека едва заметно задергалась, только тогда мальчики понимающе переглянулись.
Правда, в следующую секунду Джонатан вслед за Кейт уже уговаривал Клея остаться к обеду, а по его лицу решительно ничего нельзя было определить. И все же от сыновей не ускользнула некоторая натянутость в поведении отца, которая не исчезла даже с появлением Чарли.
— Джон, ты еще не видел, как твой новый работник, Сэм Джонсон, управляется с плеткой? — спросил Чарли. — Он ею только что на моих глазах крысу придушил.
— То есгь как? — вздрогнул Джонатан.
— А вот так. Сидит себе в седле, разговаривает со мной, потом вдруг повернулся чуть в сторону, и из руки у него как молния блеснула. Смотрю — у сарая уже дохлая крыса валяется, а он спокойненько так плетку свою сворачивает. Нет!.. — Чарли сел за стол и покачал головой. — Все-таки неприятный он тип. Меня от него аж в дрожь бросает.
Джонатан задумчиво тронул усы.
— Работников нынешней весной маловато, а этого Джонсона я хотя бы знаю. Впрочем, присмотреть за ним, конечно, не помешает.
— Как вы думаете, — во все глаза глядя на Чарли, спросил Коул, — мистер Джонсон мог бы нас научить так размахивать кнутом?
— Не знаю. Сдается мне, это такая штука, которой трудно научиться. И, между прочим, опасно.
— Почему — опасно? — спросил Леви.
— Знавал я одного парня — он тоже умел выделывать всякие фокусы со своей плеткой вроде этого Джонсона. Раз, помню, правил он упряжкой, а муха возьми да и сядь передней лошади прямо на ухо. Так он ее, милую, кончиком хлыста так ловко сшиб, что остальные лошади даже не дернулись. Но как-то раз вышла незадача: подул страшный ветер и отшвырнул ему этот самый хлыст прямо в лицо. И что вы думаете? Носа как не бывало — чтоб мне провалиться на этом самом месте!
— Ему же, наверное, было больно? — заволновался Леви.
— Да уж наверное. Хорошо хоть, парень не растерялся, подобрал нос да отвез домой. А там уж жена пришила его обратно. Ничего, зажило как на собаке. Только вот беда, жена у него была подслеповата и пришила нос вверх ногами. С тех пор стоит бедняге чихнуть, как всякий раз шляпа с головы долой.
Посередине рассказа у Кейт как будто что-то забрезжило в памяти, но так смутно, что она и сама не поняла, что это было. Представив, с каким вниманием мальчики в следующий раз будут разглядывать нос Сэма Джонсона, она невольно улыбнулась.
Обед закончился, но Джонатан все тянул и никак не хотел уходить. Наконец Чарли кое-как уговорил его пойти осмотреть приведенную с пастбища телку.
Когда они ушли, Кейт, которая догадывалась о цели сегодняшнего визита Клея, занялась посудой.
— Заезжай как-нибудь взглянуть на мой дом, — предложила она Клею. — Я ведь взяла себе бывший участок Хоффлемейера и уже даже выправила все бумаги. Знаешь, друзья устроили мне такое новоселье! Сначала перекопали весь пол, потом начали плясать, а потом…
— Кейт, — послышался голос Клея совсем рядом, и она ощутила его теплое дыхание на своей шее. — Ты ведь знаешь, зачем я здесь.
— Ну конечно. Всякий сосед после долгого отсутствия заехал бы…
