Ну, и ей нужно было поделиться с друзьями Фейсбука о своей щедрости. На нее полились комментарии, какая она добрая, самоотверженная и так далее. Мой комментарий отличался от других: «Я надеялась, что мужчина, узнав, что вы мать-одиночка и увидев три доллара в кошельке, откажется брать ваши последние деньги. Мне неприятно, что мужчина вообще подошел просить деньги у женщины».
На что она ответила, что рада, что осветила его день. У психолога Михаила Литвака есть термин «поглаживания». Это комплименты, одобрения, похвала. И если человек такую мелочь, как подаяние нищему, делает сенсацией, значит, ему необходимы эти комментарии-поглаживания от людей, чтобы ощутить себя хорошим человеком, нужным, достойным.
Мужчина, который выбрал свой путь — не работать, быть бездомным, не умрет с голода в Америке, ведь государство ему дает фудстемпы (я знала одного, помогала ему оформить эту льготу), он может мыться в ночлежках и получать бесплатную одежду, не хочет париться налогами-счетами и прочим. И у него хватило наглости и совести подойти к работающей женщине и попросить деньги, да еще и взять, несмотря на то, что у нее и так все не слава богу. Ну не скотина? Я не могу просто жалеть такого человека и входить в его положение. Он не жалеет работающую мать-одиночку, воспользовался ее синдромом мученицы и никак не попытается изменить свою жизнь к лучшему, потому что у него и так все хорошо.
Фейсбук. Сливать негатив
Аманда: «1. Мне через месяц рожать третьего ребенка! И никто не предложил провести для меня бэби-шауер (вечеринка со сбором подарков для будущей мамы и ее ребенка). Я всегда для всех выворачиваюсь наизнанку, а вы!»
Минди: «1. Я просыпаюсь каждый день не для того, чтобы произвести на вас впечатление».
Минди: «2. Фотки вещей, которые я продаю. Помпа для грудного молока и так далее. Никому ничего не надо?»
Минди: «3. Моя свекровь на день рождения подарила мне всего лишь открытку, представляете?»
Тамара: «1. Меня укусил ядовитый паук, пишу из больницы. Вот фото паука».
Тамара: «2. Скоро у меня операция на позвоночнике. Вот фото: что будет проделываться хирургами. Я подала на инвалидность».
Тамара: «3. Мы взяли приемного сына. Ему 16 лет, аутизм. Поздравьте меня! Мои четверо детей и муж очень ему рады. Вот фото моего нового сына».
Почитала я эти статусы и решила написать этот рассказ, хоть какая-то польза от потерянного времени.
Какой у вас «статус»?
Нет времени читать чужие статусы!
Фейсбук. Да будут услышаны все ваши молитвы
Такие мы разные, особенно когда дело касается жизни, поступков и соцсетей... Вот расскажу про некоторых знакомых из Фейсбука.
Один знакомый у меня есть, Джеймс. У него дома живут две кошки и два хорька. Животные любят играть друг с другом, выросли вместе, он иногда выставляет ролики с их невинным весельем. Мужчина рассмешил меня, рассказав, как он пролил кофе на свой кожаный диван, лень было идти за тряпкой, а мимо проходил хорек. Проходил мимо, никому не мешал, и тут его хозяин — бац и схватил, и вытер зверьком кофе на диване... Я представила, что если у хорька аллергия на кофе, он в тот день исчихался...
А другая дамочка, Стефани, актриса по профессии, главным фото сделала не хухры-мухры, а свой портрет в душе, она там завернутая в полотенце и с полотенцем на голове. Я не знала, что делать, то ли выпасть в осадок, то ли подколоть ее (я могу быть милым дикобразом). Решила в конце концов фото себе на сайт скопировать, поделиться с подписчиками.
Одна «подружка» раздражала меня следующим образом. Она решила на диету сесть и стала загружать фотки по нескольку раз в день, делать посты с рассказами, какие соки или коктейли для похудения пьет, сколько веса потеряла и прочее. И меня «тегила» со всеми своими друзьями, якобы я есть на этих картинках с рекламой соков, коктейлей, классов по пилатесу. Типа чтобы я восхищалась, поддерживала каждый ее шаг в прогрессе похудения. Я не выдержала напора и удалилась из ее друзей. Пусть думает, что от зависти кирдык ко мне подкрался!
Но больше всего меня убила своим постом одна девушка семнадцатилетняя, Катрина. Она была моей соседкой в Пенсильвании, несколько месяцев мы дружили с ее матерью. Ее мать носила мужское имя Билли, старше меня лет на двадцать, попала в мой роман как один из примеров замечательных американцев, готовых прийти на помощь соседям, друзьям, детям.
