«А был ли мальчик?» Этим вопросом в который раз задается Ксения и никак не может найти на него ответ. Ведь еще утром она вела своего сына в сад, а уже вечером муж утверждает, что у них вообще нет детей! Что происходит? Она сходит с ума или это чей-то хитрый и зловещий план?
– Мишенька, вставай, мы в садик опоздаем, – с улыбкой позвала я своего трехлетнего сынишку, уже второй раз заглядывая в уютно обставленную детскую. Сквозь неплотно зашторенные окна в комнату пробивался яркий солнечный свет. Розовощекий карапуз недовольно поднял сонную мордашку с торчащими в разные стороны непослушными светлыми волосами.
– Не хотю! – категорично заявил он, нахмурив бровки, а я рассмеялась.
– Давай сейчас мы с тобой пойдем в садик, а вечером купим вкусную шоколадку!
Услышав это предложение, мальчуган торопливо соскользнул на пол и потянулся за своими вещами, еще с вечера заботливо разложенными на его маленьком стульчике.
Обожаю наши утренние прогулки до садика. Занимают от силы минут пятнадцать, а заряжают позитивом на весь день. Сегодняшнее утро вообще выдалось солнечным и теплым. Начало июня в этом году балует нас хорошей погодой. Мы разглядывали птичек, восторгались голубым небом и с упоением вдыхали свежий утренний воздух. Я рассказывала своему сыну всякие придуманные истории, а он внимательно слушал. Раньше муж тоже составлял нам компанию, но сейчас его рабочий график не позволяет такой роскоши. Последние три месяца он уезжает из дома как минимум за час до нашего выхода. Но пока на улице лето, и ходить пешком одно удовольствие, мы с сыном прекрасно справляемся вдвоем.
Садик наш мне понравился с первого взгляда, еще когда три месяца назад мы с мужем привели туда Мишку на пробное занятие. Он хоть и считался государственным, но то, что количество детей в группе не превышало десяти человек, не могло не радовать. Это значит моему сыну будут уделять достаточно внимания. Поэтому я с чистым сердцем доверяю ребенка улыбчивой воспитательнице.
Но все же каждый раз отведя Мишку в группу и выходя из садика в одиночку, я испытываю чувство легкой грусти. Никак не могу перестать скучать по своему сыну, даже несмотря на то, что разлука будет длиться всего несколько часов. Хотя, учитывая, как долго я мечтала о ребенке и как долго не могла забеременеть, мои чувства уже не кажутся такими странными.
Да что тут говорить: мысли о своей семье и ребенке появились у меня лет в шестнадцать, когда старшая сестра моей подруги Алинки родила. Нам выпала большая честь гулять с малышкой по четвергам, и мы гордо вышагивали с коляской по двору. Я смотрела на эту крошечную девочку и понимала: сделаю все, чтобы мой ребенок был самым счастливым и любимым. Ведь этого всего мне самой так не хватало в детстве.
Меня вырастила бабушка. Конечно, она заботилась обо мне и по-своему любила, но родительской теплоты я так и не познала. Мое рождение не было запланированным или долгожданным. Маме было семнадцать, она была молодая, бесшабашная и совершенно неготовая к такой ответственности, как появление ребенка. Кем был мой отец неизвестно никому. Иногда я подозреваю, что даже сама мама была не в курсе, кто из ее многочисленных кавалеров оказался виновен в ее интересном положении.
Не могу сказать, что моя жизнь в детстве была несчастливой или тяжелой. Я была накормлена, обута, одета, но вот искренней и безусловной любви я так и не дождалась. Когда мне исполнилось пять лет, мама познакомилась с каким-то богатым иностранцем и вытащила счастливый билет. Он женился на ней и увез с собой в теплую Испанию. И все бы хорошо, но вот дочь совершенно не вписывалась в планы моей мамы. Поэтому я осталась с бабушкой, а моя родительница навсегда вычеркнула меня из своей биографии, начав новую жизнь. Больше мы с ней ни разу не виделись. Да что уж там, мы даже ни разу не созванивались. Ей было абсолютно все равно на меня и мою жизнь. Она ни разу не поздравила меня с днем рождения. Думаю, она вообще постаралась забыть о моем существовании, как о каком-то недоразумении. «Ошибка молодости», – так говорила бабушка, вздыхая. Не думаю, что она имела ввиду что-то плохое или хотела меня обидеть, но мне каждый раз становилось больно и горько. Я была уверена, что дело во мне. Это я такая плохая, поэтому мама меня бросила. Сейчас, с высоты прожитых лет, понимаю, что это не так, но ребенком сильно переживала из-за этого.
Помню как-то в школе в преддверии дня матери всем детям предложили нарисовать портреты своих мам и написать письмо с пожеланиями. Весь урок я, не поднимая головы, смотрела на пустой листок, так и не написав на нем ни строчки. Мне поставили двойку. Учительнице было абсолютно всё равно, по какой причине я не выполнила задание. Она лишь равнодушно отчитала меня, назвав бестолковой. А я потом долго плакала в школьном туалете.
И если взрослые были в основном просто бестактны и безразличны, то дети были по-настоящему жестоки. Как только меня не обзывали, понимая, что заступиться за меня некому. Лишь однажды, когда главный хулиган нашего класса отобрал мой школьный рюкзак и попытался выбросить его из окна, на помощь мне пришёл мальчик из старших классов. После этого меня ненадолго оставили в покое.
