Будничные посиделки посетителей кафе «Приют невинных бродяг» прерываются вторжением террористов. Случайными заложниками оказываются кокетливая актриса, частный детектив, известная поэтесса, «очень левый» студент, профессор колледжа, русский дипломат. На стене под рисунком трех неопрятных личностей начертано латинское изречение «Нет на свете более смелых и честных чем наивные». Окажутся ли заложники честными и смелыми? И так ли они наивны? И так ли случайно оказались они в кафе? И так ли искренни их политические пристрастии? Всё ли в этом мире так, как об этом говорят политики?
ХОЗЯЙКА кафе «Приют наивных бродяг»
ПАПАША ФУКО, бодрый старик в видавшем виды комбинезоне
АНРИ Ботье, будущий зять Хозяйки, студент
ВИРЖИНИ Вермон, поэтесса
АРКАДИЙ Акиндинов, русский дипломат
ФИЛИПП Акиндинов, служащий
Изабель БЕС
МАРИ Каламбур, девушка в простеньком платье
ЛЮСИ Пино, актриса
МЕДЕГ
ПРОФЕССОР, посетитель кафе в очках с золотой оправой
ДАГОБЕР, субъект невзрачной внешности
ЖУРНАЛИСТ газеты «Леман Нувелль»
ПОЛИЦЕЙСКИЙ
ТЕРРОРИСТЫ:
ГЛАВНЫЙ
ЮЛА
ЧЕ ГЕВАРА, парень в майке с Че Геварой
РЫЖИЙ
Место действия – город на берегу Женевского озера.
Время действия – конец девяностых годов.
Кафе «Приют наивных бродяг». Десять столиков, стойка в виде полукруга; лесенка вниз, там туалеты и склад. На двери, которой теперь не пользуются, полки с цветами. На стене картина, на которой изображены несколько упитанных и мало похожих на бродяг субъектов. Внизу латинское изречение «Нет на свете более смелых и честных чем наивные».
ХОЗЯЙКА восседает за баром. ПАПАША ФУКО чинит кофеварку. Занят только один столик. За ним сидит ПРОФЕССОР.
ХОЗЯЙКА. Долго еще будешь чинить?
ПАПАША ФУКО
ХОЗЯЙКА. Разбогатею, куплю. Три часа, самое рабочее время, и всего один клиент
В кафе влетает АНРИ.
ХОЗЯЙКА. Кофе сегодня не будет.
АНРИ. Я пришел не за этим. Мне нужны деньги.
ХОЗЯЙКА. Хочешь купить обручальные кольца? Пора.
АНРИ. Мне нужно много денег. Хочу поставить все точки над «i». Я не уверен, что в ближайшее время смогу их вернуть. Почему вы не спрашиваете, сколько?
ХОЗЯЙКА. Ты скажи, а я послушаю.
АНРИ. Для студента, отдавшего всю жизнь революции, это огромная сумма. Для вас, представительницы хоть и мелкой, но буржуазии – пустяк. Почему вы не спрашиваете, для каких целей мне нужны деньги?
ХОЗЯЙКА. Ты скажи, а я послушаю.
АНРИ. Я полечу в Патагонию.
ПАПАША ФУКО
АНРИ. В Патагонию.
ПАПАША ФУКО. Далековато.
АНРИ. Там соберутся замечательные люди. Они борются против варварского истребления пингвинов. Но дело не в пингвинах. Дело в борьбе. В борьбе против империалистических монополий.
ХОЗЯЙКА. И надолго ты собрался к этим «замечательным людям»?
АНРИ. Не знаю. Но обратите внимание, мне нужны деньги только на билет туда.
ХОЗЯЙКА. А назад пешком?
АНРИ. Если движение победит, то мне вручат обратный билет, как мандат свободы.
ХОЗЯЙКА. Кто вручит?
ПАПАША ФУКО
АНРИ. Вручит победивший народ. (Повернулся к Папаше Фуко.) Вам, в прошлом рабочему, надо бы знать, что народ, решивший обуздать разгул монополий, не может не победить. Революционные идеи неодолимы.
ХОЗЯЙКА. А дочь моя согласна тебя ждать, пока ты будешь спасать пингвинов?
АНРИ. Мы полетим вместе.
ПАПАША ФУКО. Повезло пингвинам.
ХОЗЯЙКА. Ну, ее-то я никуда не пущу. Хочет бороться с буржуазией, пусть борется здесь. Со мной. Сам сказал, что я – буржуазия.
АНРИ. Жду пока починят кофеварку.
ХОЗЯЙКА. Тебе кофе вредно. Спать плохо будешь.
ПАПАША ФУКО. Я знаю отличное средство от бессонницы.
АНРИ. У меня нет бессонницы.
ПАПАША ФУКО. Будет. Как начнешь спасать пингвинов, обязательно будет.
В дверях появилась ВИРЖИНИ.
ХОЗЯЙКА
ВИРЖИНИ
ХОЗЯЙКА. Нет. Третий день не приходит.
ВИРЖИНИ. Я ей сегодня специально напомнила. Не слушает. Говорит: «У меня другие приоритеты». Другие приоритеты! Знаю я эти приоритеты. Не только обнять, посмотреть страшно.
АНРИ
ПАПАША ФУКО. А пингвины где?
АНРИ. Причем здесь пингвины?
ВИРЖИНИ. Действительно, причем здесь пингвины?
ХОЗЯЙКА. Это у нас семейная шутка. Для моего заведения ваше присутствие – реклама.