Она развернулась и сказала про себя? — пусть боги? Накажут, того кто это сделал с ней? Она вышла, и пошла, чтобы принести воды? Ведь она хорошо, рассмотрела её, красивое лицо, синие губы только, чёрные волосы. Серёжки на ушах. Она повернула, за угол, там стоял её дом не большой, муж ещё на рыбалке, три её сына? Бегают, и играют с другими детьми. Она подошла у дому, огляделась по сторонам. И услышала не далеко, что стояли два человека, и разговаривали возле возницы и один сказал другому.
— Ты слышал, что сам император? Изгнал своего сына, что не хотел чтобы он, становился следующим императором? — да, слышал вот дела? — а говорят ещё что он даже на похороны своей жены не пришёл. — м-да… значит, не так сильно любил, что не захотел приходить — сказал, другой, держа в руках трубку.
Женщина стояла, и видела как они разговаривают, один почесал затылок, а другой, стоял курил. Она нечего не сказала, сделала довольный вид, открыла дверь, и зашла. Возле печки, рядом стол, деревянный бачок, с водой.
Она подошла к бачку, наклонилась, подняла крышку, взяла кувшин, и опустила воду. Еды не было, она ещё не успела приготовить. На столе лежал, не большой кусок хлеба. Она наполнила кувшин, закрыла бочек. Протерла его тряпкой, подошла к столу, взяла хлеб, и спрятала за рукав. Чтобы никто не видел, кому она это всё несёт.
Мало, ли кто? Может заподозрить.
— А то ещё сплетни пойдут? — да вот, решила, помочь? Этой слепой, которая нечего не может, и не видит.
— Да, чтоб они ещё понимали? Если у человека есть сердце, то он, никогда не откажет, а поможет. А у кого нет, сердца тому наплевать. Она вышла из дома, тихо закрыла дверь, посмотрела, что больше нет, тех людей. Она вытерла рукой, лоб и пошла к тому дому.
Шла, быстро, рукой держала, кувшин с водой, в рукаве ещё был спрятан суток хлеба. Ей не жалко. Главное во время, дать ей попить, и поесть. Хоть придёт в себя немного. А то она нечего не ела, и не пила. Сидит там одна. В этом доме.
Она остановилась, чтобы отдохнуть.
Сильно быстро идёт, перевела дух, и пошла дальше. Народ, ещё работал, детей не видно. Она подошла к дому, вошла, осторожно, держа в руках кувшин, чтобы не разлить. Она ещё так и сидела на там стуле. Она осторожно, подошла, к ней. Поставила кувшин на стол окно. Достала из рукава платья, кусок хлеба. Лин, сразу почувствовала, запах хлеба, его губы чуть не шевельнулись? Она была рада, хоть кто-то принёс ей воды, и еды? Она уже была благодарна, этой женщине. Что она решила прийти, и помочь.
Женщина взяла в руки кувшин, и сказала, с улыбкой, смотря как она сильно хочет есть, и пить. Ведь она так слаба. Сил не осталась со всем.
Она наклонилась к ней. Дала в руки осторожно, кувшин. Лин, только дернулась, руки свои протянула и женщина, дала ей тихо, воду.
— Боже? Милая, прости меня, у тебя ведь даже руки трясутся, держи на? — пей только осторожно, не торопись. Я ещё тебе хлеба принесла. Лин, осторожно пила воду, сделала пару глотков, и Вытерла рукой губы. И отдала кувшин ей, она взяла, и поставила его.
Лин Тян сидела, на стуле женщина была рядом с ней, она улыбнулась, и вытащила из рукова кусочек хлеба, и протянула ей и сказала, убирая волосы с её лица.
— Вот, бери! У меня оставался, кусок хлеба дома на столе — не бойся, я не обижу тебя. Лин Тян, сумела улыбнуться, но не сильно. Ей было больно, говорить просидеть столько одной, в этом заброшенном месте, без воды, и еды. Если бы она умерла от истощения, если бы не эта, добрая, и милая женщина рядом. Ведь она знает, что она из той семьи.
Не зря, она говорила пусть, и правда их боги накажут, как они поступили с ней.
Что взяли, выгнали, и бросили её.
И теперь она тут сидит, не умирая, от голода, и холода.
Она своей холодной, и хрупкой рукой, взяла кусок хлеба, и поднесла, к своим губам, и откусила не большой кусочек хлеба, жуя, и не торопясь глотая, пусть кушает, женщина смотрела на неё с улыбкой, гладила её нежно, по голове.
Она решила спросить как её зовут, Лин, держала пальцами хлеб, она хотела даже встать, но не могла, ноги оттекли, спина болит, она не может, даже пошевелиться нормально. Того как, её мать била её по спине. Некто, не знает, что у неё на спине есть шрам, и не один даже. И синяк, от камня когда шла.
Женщина, смотрела на неё с грустью, и с добротой она наклонилась, и решила спросить? Как её имя. Лин, откусила ещё кусок, не успела проживать, и проглотить, как женщина, увидела и ещё сказала.
Давай, я дам тебе ещё попить? Кушай, и не торопись, пока некто не видит. Она улыбнулась ей. На окне, стоял кувшин с водой, она дотронулась, и взяла его, и поднесла ей, Лин аккуратно, взяла из её рук, воду… положила хлеб, на платье. И протянула, губам воду, и сделала два глотка. Она взяла их её рук, воду, и поставила обратно на окно. Лин, сидела, но не могла пока сказать, свое имя. Горло сильно болит. Она смогла, ели как поесть, и попить. Но её губы, ещё были не до конца, нормальными? Женщина, только посмотрела, и вздохнула, и сказала.