– Нет, я хочу сказать – они все время проводят в комнатке у задней лестницы. Сидят вдвоем и молча слушают музыку по радио. Думаю, они лесбиянки.
– Не может быть, – поразился Харви, – это ужасно!
– Да, – согласился Боб, – большая потеря для всех нас. Раза два мне хотелось подкрасться по задней лестнице, потренироваться в слежке, как учили…
– Ну и почему ты этого не сделал? – спросил Джей.
– Ха! Я все равно скоро съезжаю – учеба кончается. А нас же за малейший скандальчик выгоняют… Провались там в замочную скважину… Так что лучше ты попробуй!
Бррррррр! Это напоминало больше всего длинную очередь из автомата Томпсона, которая прервала спокойный утренний сои. Харви вскочил в постели и потянулся к будильнику Джея, стоявшему на столике между их кроватями.
– Боже мой! – воскликнул Харви. – Джей! Джей! Просыпайся!
Было уже 7.15. Часы отстали на 45 минут. На прошлой неделе с ними уже случился подобный конфуз – тоже подвели часы.
Сняв с себя пижаму, Харви бросился в ванную комнату. Он уже намылил подбородок, собираясь бриться, но тут вошел Джей – за ним волочился длинный халат. Джей сразу потянулся к душу и пустил горячую воду.
– О, нет, – в отчаянии пробормотал Харви, наблюдая, как затуманивается его отражение в зеркале. – Ты что, не можешь подождать несколько минут, Джей? Сейчас полно пара будет.
– Извини. Уже поздно, можно опоздать. Я выйду через минуту.
– Ну оставь хоть дверь открытой.
– Здесь холодно, – заявил Джей и плотно прикрыл дверь. Потом ступил в ванну и задернул занавеску.
Харви спустил воду в унитазе – достаточно было руку протянуть. Из ванны послышалось восклицание. Как только бачок наполнился, он опять дернул за ручку спуска.
– Харви, может, перестанешь, а? – возмутился Джей. – Ты же знаешь, что здесь температура воды меняется на пятьдесят градусов.
– Извини, тебе ведь известно, что эта штука неисправна, – таким же тоном отозвался Харви. – Надо несколько раз воду спустить, чтобы все ушло.
Через несколько секунд Харви потихоньку открыл дверь. По комнатке прокатилась волна холодного воздуха.
– Харви, – послышался сдавленный голос, – кажется, кто-то открыл дверь. – Чуть отодвинув занавеску, Джей протянул левую руку и схватился за край двери.
– Перестань, Джей. Я свое лицо в зеркале не вижу. – Харви тоже взялся за дверь, не давая ее закрыть.
– Считай, что тебе повезло, – фыркнул Джей. – Отпусти дверь, а то хуже будет. Я же могу повернуть струю в твою сторону…
Харви не слушал. Он рассматривал подмышку Джея, которая оказалась прямо у него перед глазами.
А Джей из-за занавески не видел, куда он смотрит.
– Вот так лучше, – сказал он, когда Харви перестал держать дверь. – Ты знаешь, директор хочет, чтобы мы всегда были чистыми. Я могу подвести Бюро, если от меня будет пахнуть.
Харви отвернулся к зеркалу и продолжал бриться. Под мышкой Джея он увидел несколько крошечных цифр.
Шли дни и недели учебы.
Харви не переставала занимать личность своего соседа но комнате. Кто он такой – Джей? Наверно, какая-то «голубая кровь». Он даже голову держал иначе, чем все в классе. Иногда казался расслабленным и дружелюбным, даже шутил, но большей частью был неприступен, холоден, далек… Харви физически ощущал, что в мире Джея Вон Влака он лишь песчинка…
Какое значение имеют те циферки под мышкой, он так и не догадался. Они могли символизировать что угодно – студенческое общество, какой-нибудь тайный клуб. Хотелось спросить у Джея, но он воздержался. Да и сама атмосфера учебного здания не располагала к откровениям. Ни в кои нельзя быть уверенным. Джей вполне мог оказаться «подсадной уткой» – агенты называли их «субмаринами» – людьми, специально внедренными Бюро и наблюдавшими за остальными. Нет, лучше держать информацию о цифрах при себе. Кроме того, Джей очень находчив.
Что бы ни спросил Харви, он сумеет выкрутиться.
С каждой неделей Харви чувствовал растущее напряжение. К четвертому месяцу изгнали четырех агентов: очевидно, их поведение не укладывалось в принятую в Бюро схему. Никаких объяснений. Утром чье-то место пустовало, и преподаватель говорил: «О’кей, ребята, передвинемся немного». Вот и все.
– Выплюнь! Выплюнь!
– Да не могу я выплюнуть, – сказал Харви. На его лице были замешательство и ужас. – Я уже проглотил.
– Боже мой, проглотил? – В голосе Джея звучало такое отчаяние, будто Харви проглотил цианистый калий. – Ты уверен?
– Конечно, уверен. – Они готовились в своей комнате к занятиям, и Джей рассовывал по карманам всякую мелочь с туалетного столика: расческу, кошелек, монеты. Неожиданно он резко обернулся. Харви ждал его у двери. Рассеянно оглядывая комнату, он заметил на туалетном столике коробочку аспирина – у него начиналась головная боль. Джей обернулся как раз в ту секунду, когда Харви бросил одну из таблеток себе в рот.
– А ты можешь ее как-нибудь выкашлять? – настаивал Джей. – Постарайся выкашлять!
– Что с тобой? Это всего лишь аспирин. Или не аспирин, а?
– Ты уверен, что не можешь ничего сделать? – Джей проигнорировал его вопрос. – Засунь пальцы в рот, вызови рвоту…
– Оставь меня в покое! Ты какой-то странный, Джей.
