— Я не хочу за него замуж.
— Тогда о нем больше ни слова.
— Шустов мог бы жениться на Любе. Тогда Дорофей не сможет получать за нее алименты.
— Я же сказал.
— Что, и пошутить нельзя?
— Не до шуток.
— Неужели там все так серьезно?
— Я не могу найти этого урода.
— Может, его надо как-то выманить?
— Как?
— Ну, не знаю… Но можно подумать…
— Думай. А мне уже пора.
Захар мог бы задержаться еще на часик, но что-то потянуло назад. Он не ревновал Жанну, но это ее признание о случае с Шустовым расстроило его. И отпала охота идти на второй заход…
Но и прощаться с Жанной он не собирался. Как бы то ни было, он любит ее. И обязательно к ней вернется. Даже Зойка, если вдруг что, его не остановит.
Олег чувствовал себя лошадью, которую понесло. Закусил удила и во весь опор — в пропасть. Спасти его могла только Жанна. И она сказала «да».
— А я знал! Знал! — Он улыбался как дурачок.
И одолевала его не душевная, а какая-то истерическая радость.
— Но я не хочу знакомится с твоими родителями, — сказала Жанна.
— Почему? — Олег с подозрением глянула на нее.
Неужели она знала, какой тяжелый характер у его мамы, как трудно будет переваривать ее вздорно-эпатажную манеру поведения?
— Не хочу быть твоей невестой.
— А женой?
— Если только сразу женой.
— Чтобы им нечего было сказать? — улыбнулся Олег.
— Чтобы им нечего было сказать, — кивнула она, принимая подсказку.
— Сначала кольцо, потом свадьба…
— У меня уже так было, — кивнула Жанна.
— Так было?
— Мой отец лежал в коме, и мой жених мог занять его место, лишь став его зятем.
— Я понимаю, — отозвался он.
— Не понимаешь, — мило улыбнулась Жанна. И ничуть не меняясь в лице, уколола его: — Тебе никогда не занять место моего отца.
— Так я и не стремлюсь… Я займу место своего отца.
— Ну так что, сначала загс, а потом в Москву?
— Да, конечно! — Олег был готов на все что угодно, лишь бы заполучить Жанну.
В небе облака, в глазах леса и горы, в ушах звон от выстрелов, а в руках автомат.
— Четкая машинка. — Дорофей готов был расцеловать свой автомат.
Он служил в армии и умел стрелять из автомата. Первые две-три пули в очереди у него ложились в цель кучно, а потом шло рассеивание. Но так он и не дурак, чтобы лупить длинными очередями. Патронов у них много, но экономия должна быть экономной. Закончатся — взять будет негде. Опять ехать в тридевятую даль, искать тридесятого короля оружейного бизнеса. В этот раз им повезло, смогли прикупить конкретный арсенал — там и автоматы, и пистолеты, и даже пара снайперских винтовок. Все это влетело в копеечку, но дело даже не в этом. Запросто можно было нарваться на ментов и загреметь под монастырь.
— А мне можно? — спросил Митяй.
— Попробуешь? — Гашиш любовно провел рукой по снайперскому прицелу на «драгунке».
С винтовкой у Дорофея клеилось как-то не очень. Попадания были, но не хватало стабильности, зато Гашиш бил только в «яблочко». И у Каверьяна неплохо получалось.
Каверьян и Дольник вообще находка для команды. Не алкаши, шабашили до недавнего времени только в путь. Спортом когда-то реально занимались. Фактурные пацаны, любо-дорого посмотреть, ведут себя без всяких закидонов: сказали — сделали без вопросов. И дело уже отработали — вышли по наводке на продавца, закупили партию стволов. Понимали, на что шли, но страха не было.
С машинами было попроще. Дорофей взял сразу два слегка подержанных «уазика», доверенность на первый оформили на Каверьяна, второй — на Дольника. Теперь у них три машины — на восемь человек. Впрочем, «Волга» и Митяй как бы не в счет. Не выдержала машина раздолбанных лесных дорог, реально легла на пузо. И Митяй ходит как тень козла Гамлета. Пацаны уже кучу патронов отстреляли, а он только-только очнулся.
— Ну можно — кивнул Митяй.
— Можно, — ухмыльнулся Дорофей. — Мишенью будешь.
— Кто мишенью?
— Ну не я же… Или ты меня хочешь поставить? — возмутился Дорофей.
— Я?! — шуганулся Митяй. — Не хочу я.
— А чего ты хочешь?
— Ну, пальнуть пару раз.
— И домой?
— А можно?
За полторы недели они сделали круг в штуку километров, раздобыли стволы, обзавелись нормальным транспортом и вернулись обратно. И всю дорогу Митяй хныкал себе в жилетку; страдал бедняга, рвался домой, как будто кто-то заставлял его выходить на большую дорогу. Сам напросился.
— Можно. В гробу… Музыка за наш счет.
Митяй протяжно вздохнул, опустил голову и повернулся к Дорофею спиной.
— Я не понял! — возмущенно протянул Дорофей. — А ну, к барьеру!
— К какому барьеру? — буркнул Митяй.
— Ну, ты, в натуре, тупой!.. Бегом давай! Бегом! Домой!
Дорофей дал ему пинка, и Митяй побежал — сначала медленно, трусцой, затем как рванул.
— Ну, чего стоим?
Дорофей первым выпустил в него короткую очередь. Красиво выстрелил, от бедра, но мимо. Выстрелил и Боров, но Митяй продолжал бежать.
Дорофей прицелился и выстрелил одновременно с Частиком. Гашиш вскинул винтовку, но именно в этот момент Митяй вдруг исчез из вида.
— Твою мать!
Ну все правильно, сразу за кустом начинался овраг, который, углубляясь, тянулся до самой реки.
— Бегом!
