– Чуть не сбил меня в дверях! – со смешком сказал он, кивая на пса, которого хозяин пристегивал на связанный из двух кусков потертый брезентовый поводок. Мужчина рассыпался в извинениях. Кажется, на него никто не сердился, всем стало весело. Правда, ненадолго… Кошку выпустили через служебный выход. Амалия захлопотала, забрала с моего стола и блинчики, и кофе, сказав, что все поменяет. Я было отговаривал ее, но она и слушать не хотела. Протерла стол тряпкой. Блинчики скормили собаке, с разрешения хозяина.
– Так он сюда повадится забегать, не дожидаясь кошек, – выдвинул предположение я.
Едва хозяин увел пса, в зале появился муж Лии, хозяин заведения, высокий, тучный мужчина с крупным носом и густыми черными усами. Лицо его было растерянным.
– Амалия! Амалия!.. – от волнения он заговорил на родном языке. Но армянского и знать не требовалось, чтобы понять: что-то случилось. – Зара, Зара!..
– Что такое? – Амалия бросилась следом за ним в кухню, но тут же вернулась в зал:
– Как по сотовому телефону «Скорую помощь» вызывать, кто знает?!! – возопила она к присутствующим. – Девушке плохо! Умирает совсем!
Мой сосед резко поднялся. Подсказав Амалии, как вызвать «Скорую», он быстро прошел за стойку, куда обычно посетителям было нельзя. Возникло всеобщее замешательство. Амалия несколько раз выходила в зал, извинялась перед посетителями. Мамаша увела ребенка, студенты сидели из любопытства. Я хотел уйти, но вернулся мой сосед.
– Дело дрянь, – сказал он. – Кажется, девушке совсем худо. Она отключилась.
– Несколько минут назад была совершенно здорова! – поразился я. – Что с ней стало?
– Сам не пойму. Я не врач, но похоже на инсульт.
– Она же девчонка совсем! – не мог поверить я.
Полицейский в штатском только пожал плечами.
«Скорая» приехала довольно быстро. Люди в белых халатах вошли внутрь пищеблока и проследовали на кухню. Мой сосед – вместе с ними. Я, еще помаявшись, отправился к себе в офис. Про завтрак пришлось забыть.
Следом за мной в офис вошел мой коллега и единственный компаньон, да к тому же – тезка, Василий Голобородов. В последнее время на лице его постоянно отражалась озабоченность (не в том смысле). Покупатели конструкционной пластмассы жаловали нас своим вниманием нечасто. Заработки наши оставляли желать лучшего. Голобородов не раз уже высказывался в таком духе, что расстался бы со свободой и пошел работать по найму, если бы предложили хорошую зарплату. Он готов был даже завербоваться, только не на Север, а на Юг, поскольку любил тепло. Например, на сбор черешни, если бы там платили, как на Севере… На это я отвечал ему, что на студента он не похож, а за черешней они ездят. Причем там же находят и клубничку, и живут, как в малине… После этого мы оба вздыхали о славных студенческих временах, когда все было на халяву, особенно – любовь…
– У нас возле кафе сцена какая-то: «уазик» полицейский, «Скорая», – сообщил он мне. – Сначала думал, ДТП. Смотрю – нет, все в кафе чего-то бегают.
– Девушке, Заре, помощнице Амалии, которая тебе нравится – глаза зеленые, – худо сделалось. Как-то, прямо, в момент! Была совсем здорова, и вдруг… А полиция зачем приехала, не знаю. В Зару вроде бы никто не стрелял! – вспомнил я «своих» подростков.
На другой день в наш офис, после деликатного стука в дверь, заглянул неожиданно мой вчерашний сосед из заведения Амалии.
– Здравствуйте! – приветствовал он нас с Голобородовым. – Извините, я одного человека ищу… – всмотревшись в мое лицо, он закончил фразу: – Кажется, уже нашел! Доброе утро!
Он подошел, протянул мне руку:
– Мы с вами в кафе иногда встречаемся…
– Я вас узнал.
– И вчера… встречались. Там скверная история произошла, – сказал он доверительно. – Мы можем поговорить?
– Да, конечно. – Я поднялся.
– Я на склад, – сообразил мой компаньон. – Из Кирова приехали, – напомнил он мне, скрывая укор. Не вечно же ему теперь аквапарк отрабатывать!
– Хорошо, спасибо, Вася, – поблагодарил я. – Буду должен.
– А то! – заключил Голобородов, закрывая дверь. Я указал гостю на кресло:
– Прошу. Я вас слушаю.
– Я из полиции, – сообщил он.
– Я уже догадался, – заверил я его.
– Ну да. Капитан Банников, – представился он, – Игорь Вениаминович.
– Снигирев Василий Сергеевич, – отрекомендовался я.
– Мы пытаемся выяснить, что произошло в кафе. Девушка умерла…
– Правда? Очень жаль. Такая молодая!
– Ее убили. Отравили. Яд подмешали в кофе… Персонал кафе составляют всего три человека. Рубен Варданян – повар и директор заведения, его супруга – Амалия Варданян и Зара Ширванян, которая погибла. Рубен в момент ее гибели находился рядом, в поварской. Амалия туда практически не заходила.
– Любовный треугольник? – выдвинул версию сочинитель детективных романов Василий Снигирев.
– Да, мысль такая приходила в голову, – признался Игорь Вениаминович. – Рубен – мужчина в расцвете лет, а тут молодая девушка под боком… Но, во-первых, Зара – родственница Варданянов…
– Слово «инцест» родилось не на пустом месте… – вставил я.
