Лето подходило к концу, уже несколько месяцев они жили у родителей матери, стараясь соблюдать их порядки и обычаи, которые сильно отличались от тех, что были когда-то в их семье. Все эти правила были непривычны для Эми и в дополнение к одиночеству, за неимением знакомых и невозможностью связи со своими друзьями, которых она оставила в неведении, прибавлялся страх, что она больше никогда не вернется домой.
Город, протяженностью не больше десяти километров, с небольшой центральной улицей, усеянной магазинами и лавками, окутанный горами и лесами со всех сторон, состоял из однотипных пятиэтажных домов, изредка сменявшихся такими же, но девятиэтажными. За несколько месяцев он успел изрядно надоесть Эми. Тут редко проводились какие-либо увеселительные мероприятия, люди были предоставлены сами себе, а из развлечений был лишь огромный большой фонтан на центральной площади, где по ночам проводились однообразные дискотеки.
Отец не сообщал подробности всех происшествий, но из его разговоров, было ясно, что всё-таки Эми придется переводиться в местную школу.
Привыкнув к дорогим лицеям, которые она раньше меняла как перчатки, для нее было необычно зайти в серое, ничем не примечательное здание с такими же в точности людьми… Мягко говоря она отличалась от остальных. Изящный костюм, который она надела в первый же день, пришлось надолго убрать из своего гардероба, после неприятного ощущения на себе настойчивых взглядов со стороны мужского пола и завистливых с женского.
Уже сталкиваясь в своей жизни с подобными ситуациями и умея выходить из них непобежденной, Эми посмотрела на то, как одеваются ее сверстницы, и в тот же день купила себе такую же одежду. В какой-то степени это помогло ей, но впечатление от ее первого появления крепко засело в подсознании тех, кто видел ее в тот день.
Стоя в своем новом наряде у доски, Эми внимательно осматривала своих новых одноклассников, и выбирала того, к кому она подсядет, пока преподаватель знакомил ее с классом, и засыпал вопросами. Увидев за предпоследней партой молодого человека, яро обсуждавшего со своими товарищами ее внешность, она аккуратно подошла к нему, улыбнулась и села рядом.
Благодаря частой смене обстановки, Эми научилась разбираться в людях и видела их насквозь, так и сейчас, она знала к кому подсесть, чтобы вызвать как можно меньше вопросов.
Такие люди, как этот парень, любящие все обсуждать на публике, даже не зная достоверной информации, зачастую оказывались очень трусливы, и столбенели, стоило лишь объекту их внимания взглянуть им прямо в глаза, но бывало и так, что этот же тип людей вел себя смелее и не прятал голову в песок при первом же контакте, а наоборот, напирал, а порой даже заходил за грань позволенного. Если такое происходило и человек не стеснялся говорить или делать какие-то нетактичности, Эми знала, что нужно лишь положительно отреагировать, а затем еще больше зайти за рамки позволенного, переплюнуть его самого, дать ему понять, что он менее сведущ и менее опытен в таких вещах. После такого людям становится не по себе, осознав, что вы куда более бесцеремонны чем они, их начинает окутывать страх, нерешимость, а в следствии и полная потеря контроля над ситуацией, в итоге из них получался огромный пластилин, слепить из которого можно что угодно.
То же произошло и с этим парнем. От осознания, что ему никогда не заполучить даже небольшую толику ее внимания, он решил взять над ней верх в своих фантазиях и обсудить их на публике, выставив Эми в не самом лучшем свете. Пытаясь воплотить свою фантазию в жизнь, он решил провозгласить себя человеком, который отныне решает за нее, кем она будет в глазах других, но вот она улыбается ему, выражая свою подстроенную симпатию, заранее зная, что за этим последует, и он в ошеломлении кивает ей головой, пытается натянуть на себя улыбку, но безуспешно, он краснеет и погружается с головой в мысли о том, как же это так вышло, что она выбрала его, ведь зная, что она так сделает, он никогда не стал бы обсуждать ее с приятелями. Теперь он хочет все исправить, остановить процесс, который сам запустил, но он уже не в силах что-либо изменить, ведь не имея никакого авторитета, умея лишь поддакивать, распускать сплетни и делать, что-либо исподтишка, он был не в силах доказать обратное тем, для кого являлся не более чем шутом, ибо все горазды слушать, что-нибудь подленькое из уст всякого, в то время как дельные вещи принимаются во внимание только из уст тех, кто заслужил уважение, а он был не более чем гиеной, пытавшейся завоевать доверие и титул в стае волков.
Подходя к концовке стратегии, Эми задает ему вопрос, заранее зная, что ему сложно будет ответить так, чтобы и другие смогли услышать его достойный ответ. Он запинается, мычит, не может подобрать слова и вот уже ситуация перевернулась, и теперь Эми смеется над ним вместе с теми, кто недавно смеялся вмести с ним над ней, окончательно подорвав его положение и завоевав себе новые симпатии.
