Чем безумие отличается от нормы?.. Где грань, что разделяет их? А, может, грани и вовсе нет? Может, все мы – лишь безумцы, живущие в самом сумасшедшем из миров?Молодой и амбициозный врач-психиатр поможет ответить на эти вопросы и ждет вас на консультацию…
НЕ ЗАБУДЬ ПОГАСИТЬ СВЕТ
Есть ли на свете человек, который ни разу за всю жизнь не спрашивал себя – правильную ли профессию он выбрал? Находится ли он сейчас там, где хотел и должен быть? Нужные ли люди окружают его? Не проходят ли впустую дни его жизни?
Молоденькая медсестра Севиль как раз и задавалась этими вопросами, собирая папку с результатами анализов пациентов, чтобы вручить их врачу. Взяв бумаги, она стала спускаться по лестнице. Ветер, который, казалось, завывал из всех щелей, бросал ее в дрожь.
«Разве можно привыкнуть к бакинским ветрам?» – вопрос был риторическим, поэтому над ответом она особо не раздумывала. И тут столкнулась с пациентом, который стоял на лестнице, смотрел в одну точку на стене и что-то тихо бормотал про себя. Вид у него был отрешенный и пугающий. Вернее, он мог бы испугать любого, но только не Севиль. За короткий срок работы в больнице она успела навидаться всякого и уже не боялась безумных взглядов пациентов.
Севиль подошла поближе и тронула больного за плечо, пытаясь привлечь его внимание.
– Давайте мы вернемся в вашу палату. Незачем тут стоять, еще простудитесь.
Пациент не обратил на нее ни малейшего внимания и ещё громче забормотал бессвязные слова, значение которых, видимо, было известно только ему одному.
– Будет лучше, если вы вернетесь к себе!
Молодой парень, едва ли старше 23 лет, вдруг с ужасом взглянул на Севиль и закричал:
– Я ничего не вижу! Включите свет! Почему я ничего не вижу?
Оттолкнул ее и побежал вниз по лестнице.
Севиль второпях вернулась на свое место, позвонила охраннику и приказала не выпускать во двор пациента из палаты номер 10. И через полчаса он уже лежал у себя в палате и блаженно спал под действием лекарств.
***
– Что вы знаете об впустую потраченном времени? – буркнул себе под нос молодой мужчина, несколько раз снимая и надевая очки, предварительно вытирая их об пиджак.
– Простите? – не расслышала хорошенькая медсестра, стоящая неподалеку от регистрационного стола и пьющая чай.
– Говорю, что погода сегодня какая-то нехорошая! – сменил он быстро тему. – А вам так не кажется?
– Согласна, доктор Эльмар. Я уже 10 лет живу в Баку и каждый раз удивляюсь осени в этом городе. Она тут совсем другая.
– А вы откуда?
– Из Грузии. Десять лет назад мы с мамой переехали сюда.
– Я никогда не бывал в Грузии, но говорят, что грузинские девушки очень красивы, – улыбнулся Эльмар.
Девушка залилась краской и добавила:
– И красивые, и гордые. Они не терпят фамильярности от посторонних.
– Я что-то не так сказал? – удивился Эльмар.
В этот момент дверь кабинета широко распахнулась, и оттуда вышел мужчина в белом халате. Ему можно было дать не больше пятидесяти лет, но волосы были почти полностью седыми. Зеленые глаза выглядывали из-под кустистых бровей.
– Дорогой наш доктор Эльмар! Как я счастлив видеть вас в нашей скромной больнице! – приветствовал главврач больницы Алекпер Рустамов и крепко пожал ему руку.
– Отчего же скромной? – сказал Эльмар. – Я нахожу вашу больницу очень и очень достойной.
– Спасибо вам за похвалу, а еще больше – за то, что приехали к нам! Давайте зайдем ко мне в кабинет и поговорим уже обо всем.
Они зашли в кабинет и закрыли за собой дверь.
Медсестра задумчиво посмотрела им вслед и села за ноутбук.
– Ну рассказывайте! Вам ведь есть много чего нам рассказать и, конечно же, показать! – сказал Алекпер.
– В первую очередь я хотел бы поблагодарить вас за то, что приняли меня. Это большая честь. За эти четыре года я успел многое повидать, доктор. Очень широко прогрессировала медицина в Германии. Я был в Берлине и Мюнхене и привез оттуда кое-какой опыт. Конечно, Азербайджан в целом радует своими успехами, но всё это не касается области нейробиологии и психиатрии, в частности. До психически больных никому нет дела. Никого не интересуют пациенты, которые лишились главного – разума. У них нет будущего, у них нет прошлого. Мы же, в свою очередь, должны делать всё, что в наших силах, чтобы помочь им построить будущее.
– Да, абсолютно с вами согласен! Если б вы знали, как порой тяжело содержать эту больницу, не говоря уже об установке всякого оборудования. Всё дается с таким трудом! – Алекпер Рустамов сокрушенно покачал головой. – И еще эти больные… Кажется, что с каждым днем их всё больше! Людям что, нравится сходить с ума?!
Эльмар откинулся на спинку кресла и с минуту молча смотрел на песочные часы, где сыпались вниз мелкие песчинки.
– Фрейд говорил, – медленно начал он, – что при психозе мир фантазии играет роль кладовой, откуда психоз черпает материал или образцы для построения новой реальности. Люди просто отказываются от реальности, в которой живут. Вот и им приходится казаться сумасшедшим.
– Хотите сказать, что они на самом деле не сумасшедшие? – удивился Алекпер. – Мы никого тут насильно не держим…
