Да, наверное, ей пора замуж. Но за кого? Кармен терпеть не могла этого вопроса. Он нагонял на нее тоску. До сих пор жизнь ее протекала так, что даже думать о поисках человека, ради которого она готова была бы распрощаться со своей бурной жизнью, не хотелось. Бессознательно Кармен помотала головой – нет, не хочет она замуж. Да ни за что! Но тут вмешивался рассудок и отвечал: может быть, и хочет. Денежных забот Кармен не знала: отец ее обожал, мать тоже, но на свой лад. Эта женщина умела не слышать того, чего она не желала знать, в том числе и осторожных предостережений относительно жизни дочери или намеков Елены, делавшей вид, что она очень беспокоится. Пользуясь этим, Кармен развлекалась вовсю. Иногда она ловила себя на том, что разглядывает мать и думает, а подозревает ли та, что дочери известны ее многочисленные супружеские измены; но в чем Кармен не сомневалась, так это в том, что мать без труда догадывалась о многочисленных романах дочери. Кармен, надо отдать ей должное, всегда предпочитала холостяков и только однажды совсем потеряла голову и стала любовницей женатого человека. Но это был просто юношеский грех, и больше такого не повторялось.
Возможно, Карлос понравился ей сразу потому, что Кармен угадала: они из одного теста. Пусть поступок ее был безумием – если учитывать, как отнесутся к этому окружающие, – но волновало это ее лишь постольку, поскольку она нарушила приятную, размеренную жизнь узкого круга людей, их компании. На помощь Елены, во всяком случае, рассчитывать не приходится, а остальные? Кармен погасила сигарету и во всю длину вытянулась на диване. Подушка свалилась на пол. Да, ей нравился Карлос. И отношения их, конечно, были безумием. Но каким приятным безумием…
Карлос Састре и Кармен Валье шли вниз по проселку, ведущему от «Дозорного» к дороге, когда увидели, что навстречу им поднимается Рамон Сонседа. Карлос тут же догадался, что тот был у Аррьясы и они обменялись новостями – в их компании все сразу становилось известно, – или же Рамон сам сообразил, но, увидев их сейчас, воспринял это как должное; поэтому Карлос решил подождать его и остановил Кармен, взяв ее под руку.
Поравнявшись с ними, Рамон только и сказал:
– Я смотрю, день вас не пугает.
– Наоборот, – ответил Карлос, пребывавший в прекрасном расположении духа. – Я бы даже сказал, бодрит.
– То-то я и вижу. Что ж, пусть не кончается.
– День? – насмешливо спросила Кармен.
– И ночь, – ответил Рамон, недолго думая.
Кармен засмеялась.
– Спасибо за добрые пожелания, – ответил Карлос, сдержав раздражение и изобразив на лице довольную улыбку.
– Надеюсь, они исполнятся, – сказал на прощание Рамон, а когда Кармен и Карлос пошли дальше, спохватился: – Да, мы, наверное, тут соберемся, только свои, чтобы обсудить это преступление; мы только что говорили об этом с Фернандо. Надо самим брать быка за рога, пока он нас не поддел.
– Быка? – Лицо Кармен стало недоуменным. – Какого быка?
Карлос в упор смотрел на Рамона, весь внимание.
– Надо помочь найти убийцу, черт побери! Мы не можем допустить, чтобы полиция совалась в наши дома, когда ей вздумается.
Карлос удивленно вскинул голову.
– В наши дома? – спросил он. – В чьи дома?
– Ну ладно, – признал Рамон – Это я так. Но они будут соваться, если мы сами не наведем тут порядок. В Каштановой долине этим уже занимаются.
Кармен смотрела на него, ничего не понимая; Карлос пытался осмыслить услышанное.
– Порядок? Мы сами? Что ты хочешь сказать?
– Мать твою… Любовь глуха и слепа; простите, если я вмешиваюсь не в свое дело. Но полиция все вверх дном перевернула в округе, а это бросает тень на всех. Да никогда я не поверю, что убийца – кто-то из здешних; наверняка какой-нибудь сомнительный тип, тут теперь полным-полно случайных людей, все кому не лень приезжают сюда отдыхать. Дома сдаются не пойми кому, люди скупают землю просто так, деньги вкладывают, а не как мы…
– Ты хочешь сказать, вы подозреваете кого-то из живущих тут, у нас? – очень серьезно спросил Карлос.
– Может быть, может быть, – ответил Рамон. – Конечно, это не кто-то из наших, но знаешь, – в порыве откровенности сказал он Карлосу, – полиция во главе с этой бабой, судьей, именно здесь шарит. Они нам могут всю жизнь отравить. Поэтому надо принимать меры, – сказал Рамон уже на ходу. – И я даю тебе слово, мы это сделаем. Мы все вместе будем трясти это дерево, пока плод не свалится на землю. Не требуется особой проницательности, чтобы найти нужную нить и распутать весь клубок. Ладно, – он издали помахал им тростью на прощание, – мы будем держать вас в курсе.
Карлос и Кармен стояли и смотрели вслед Рамону, поднимавшемуся к «Дозорному». Потом Кармен потянула Карлоса за руку.
– Что с тобой? – спросила она. – Что ты застыл, будто привидение увидел?
– С чего этот сумасшедший взял?… – начал Карлос, глядя вслед Рамону.
Кармен снова потянула его за руку.
– Да ладно тебе, оставь. Он раздражен, и, похоже, с ним это часто бывает. Наверное, к нему приходила полиция.
Карлос медленно повернулся к Кармен, которая тянула его дальше по дороге.
