Прогуливаясь по дому, отмечала богатое убранство. Всё выглядело слишком шикарно, как в каком-нибудь дворце. Это называют «армянским шиком», или как-то так. Впрочем, фамилия у Макса была Кесоян. Не хотелось думать стереотипами, он и внешне не сильно походил на армянина, в привычном представлении. Возможно, мать была славянкой.
— Вау, тут даже джакузи есть! — восторгался Стас. — Нормальные у тебя друзья.
— Ванна и ванна, — отстраненно произнесла Настя, а Стас схватил её за талию, поднимая над землей. — Эй, что творишь?
— Не хотела бы понежиться со мной под нежными вибрациями, лиса моя?
— Мы не на курорте, а в гостях! — Насте эта игра явно нравилась и растапливала её зачерствевшее после ссоры сердечко. Милые бранятся только тешатся.
— Ребят, я еще тут.
— Прости, Майя. Всё, отпусти меня! — вырвалась подруга из цепких рук Стаса. — Оставь нас.
— Ладно-ладно, — Стас притянул Настю к себе и поцеловал, засмущав меня.
Я заметила, что из гостевой комнаты, куда мы кинули свои вещи и кинем позже пьяные или не очень кости, выходит балкон на внутренний двор. С улицы доносилась громкая и веселая музыка и много голосов. Балконный блок был завешен плотными шторами блэк-аут. Как продуманно!
Протиснувшись между складками и нащупав ручку двери, выползла на балкон, подставляя лицо остаткам солнечных лучей. Жаль, не удалось встретить закат. Вид был потрясающий: неподалеку сосновый лес, и вроде даже озеро или какой-то другой водоём. Потянулась, размяв мышцы после долгой поездки.
— Воу, палехче, братан, ты её так сломаешь! — услышала голос Макса и подошла к краю ограждения.
— Не повторять, выполнено профессионалами.
Знакомый голос пробрался в самый мозг и слова бились о череп с гулким звоном. С балкона открывался вид только на бассейн, дым же шел чуть левее, там и располагался мангал. Перед шашлычной зоной была восьмиугольная беседка с накрытым столом.
Перевалившись через перила, я посмотрела вниз и от увиденного у меня заледенели кончики пальцев, которые удерживали от падения. На площадке перед бассейном, прямо подо мной, танцевали Кирилл и Альбина. И увидела я как раз их знаменитую «фишку», чтоб её. Альбина выгнулась, едва коснувшись макушкой каменной плитки, Кирилл удерживал её за талию одной рукой, а второй проводил от живота к шее.
Раздался довольный свист толпы и похвала. Кто-то восхищенно отмечал, как эффектно всё же это смотрится. Для меня так точно. Эффект произвело неизгладимый!
Альбина выпрямилась, чуть покачнувшись. Судя по её заплетающемуся языку, она приняла на грудь не один и не два бокала. Она как бы невзначай положила руку на плечо Кирилла, удерживая равновесие и засмеялась настолько нарочито и неестественно, что только слепой и глухой не заметил, что она с ним флиртует. И вообще, если она сделала то, что собиралась, не должна ли отлеживаться и восстанавливаться, а не напиваться и липнуть к парням?
Кирилл словно почувствовал мою негативную ауру, посмотрел наверх. Я успела отпрянуть и вернуться в комнату. Голова пульсировала в такт сердцу, а на улице уже здоровались со Стасом. С силой закрыла дверь, чтобы не слышать раздражающий меня голос.
Настя успела облачиться в парадный купальник. А мне перехотелось переодеваться.
— Чего кислая такая? — бросила подруга через плечо, заплетая волосы в косы перед зеркалом.
— Кирилл тут.
— Да? — удивилась Настя, а потом просияла. — Ну так классно же!
— Я не думала, что он приедет.
— Ну ко мне претензий у тебя быть не может. Я не была в курсе. Да и ты о нем должна знать больше, чем я.
— Он мне не говорил ничего, — я всё мрачнела и мрачнела. И, видимо, пугала этим подругу.
— Можно было предположить, так как они дружат с Максом, — Настя принялась наносить свою любимую красную помаду на губы.
— Я всё понимаю, — возмутилась словам подруги, хоть она и не была ни в чем виновата. Я просто злилась… сама на себя. На свою недальновидность. — Он там с Альбиной.
— Ну и что? Выйди и покажи, что он занят. Хотя, я думаю, он и сам в состоянии об этом сообщить своей бывшей, — помада со звоном отправилась в небольшую косметичку. Настя убрала излишки салфеткой.
— Она не его бывшая, — бросила, усаживаясь на кровать. Больше ничего не хотелось. Только залезть под одеяло и уснуть.
— Ну так тем более, — Настя подошла ко мне и схватила за руку, поднимая с кровати. — Вставай. Мы не сидеть сюда приехали.
— Почему жизнь такая сложная? — заныла я, поддаваясь и вставая.
— Это не жизнь сложная. Это просто ты загоняешься из-за мелочей.
Шла по лестнице так, будто приехала на каторгу, а не отдыхать. Каждый шаг давался с трудом. Даже солнечная энергия Насти не помогала. Да и она быстро забыла обо мне, стоило ей вырваться на улицу. Я ощутила пустоту и одиночество, когда подруга отпустила мою руку.