Он уже закончил есть, сидел, откинувшись на стуле, и молча смотрел на Илону. В его взгляде читался явный интерес, который он никак не пытался скрыть. А она, — хотя ей и доставляло удовольствие его внимание, — все же чувствовала себя несколько неуютно, но в тайне лелеяла смелую мысль о том, как этот вечер мог бы продолжиться для них обоих.
Можно было бы принять вызов этих серо-голубых глаз, смотрящих на нее дерзко и испытующе, но она зачем-то достала из кармана телефон. Проверила сообщения. Одно новое от Кристины: «Мам, у тебя все хорошо?» «Да, милая, я в порядке», — быстро написала Илона, отправила и внезапно вспомнила, что не перезвонила Надежде Крыловой! Скорее всего, она так ничего и не выяснила — при ее-то отношении к мужу! Но Илона все же немного надеялась узнать от нее хоть какие-нибудь новости. Тревога за Николая Петровича накатила с новой силой. Посмотрев на часы, она вздохнула: сейчас звонить было уже поздно.
— Все хорошо? — спросил Дима, чуть подаваясь вперед.
— Не совсем, — призналась Илона. — Николай Петрович Крылов, заведующий кафедрой, где я работаю, до сих пор в больнице. Ему стало хуже, пришлось перевести в реанимацию. И я немного беспокоюсь.
— Может быть, не все так ужасно? Не стоит переживать сейчас. Этим ты вряд ли как-то повлияешь на ситуацию. А утром можно будет позвонить туда и все выспросить, — он ободряюще улыбнулся и сжал ее ладонь.
От этого дружеского прикосновения Илону накрыло жаркой волной. Дима сидел напротив, улыбался, держал ее пальцы, а ей становилось трудно дышать. Рука сама потянулась и расстегнула несколько пуговиц на красной вязаной кофте.
— Тебе жарко? — спросил Дима, уловив ее жест. — Идем, я тебе кое-что покажу!
Не отпуская руку, он поднялся и подошел к девушке. Вздохнув, Илона улыбнулась в ответ и встала, очутившись в опасной близости от него. Как он смотрел!..
Миновав коридор, они прошли в гостиную, а оттуда — на балкон. Какой потрясающий вид на город открывался с верхнего этажа многоэтажки! Несмотря на то, что балкон застеклен и утеплен, здесь все же было на пару градусов холоднее, чем внутри, и Илона невольно обхватила себя руками. Что ж это такое? То ей невыносимо жарко, то знобит… Заметив это, Дима приблизился к ней и легонько приобнял за плечи. Несколько минут они просто молча стояли рядом и смотрели на вечерние огни, на проезжающие по главной улице редкие автомобили и думали, каждый о своем.
«Может быть, мне не стоит здесь находиться?» — Илона, чувствуя тепло обнимавшего ее мужчины, понимала, насколько абсурдна эта пришедшая внезапно мысль.
Однако выносить его присутствие, взгляды, запах, «пьянея звуком голоса», и контролировать свои чувства становилось все сложнее и сложнее. Захотелось снова заглянуть в его серо-голубые глаза, увидеть красиво очерченные губы и представить их на своих губах…
Медленно развернувшись к нему, она тихо спросила:
— Хочешь, чтобы я ушла?
На его лице отразилось недоумение. Кажется, такого вопроса он совсем не ожидал.
— И куда же ты пойдешь?! — так же тихо спросил он.
Касаясь большим пальцем ее щеки, он быстро провел им по линии подбородка и дотронулся ладонью до шеи. Прикрыв веки от удовольствия, Илона невольно облизала пересохшие губы и выдохнула:
— Домой…
— Там опасно, — сжав ее запястья, он прижал их к своей груди, при этом проникновенно глядя на девушку.
— А здесь?.. — она уже ощущала его теплое дыхание на своих губах, трепеща и замирая в ожидании поцелуя.
— Здесь тоже… Такой адреналин! Чувствуешь?..
В следующее мгновение он, ухватившись за края расстегнутой кофты, медленно стянул ее с плеч и отшвырнул в сторону. Илона от волнения, вызванного таким многообещающим началом, не в силах вымолвить ни слова, смотрела на него, вновь слыша прерывистое дыхание.
Но что это? Стена? Когда она успела прижаться к стене, а его руки оказались на ее талии? Почему даже без кофты ей так жарко?
Запрокинув голову, она встретилась с выразительным и строгим взглядом серо-голубых глаз, в котором читалось любопытство вкупе с замешательством и… нежностью.
Близость его тела обескураживала, изумляла и провоцировала на безумство. Илона чувствовала, как становится трудно дышать, и приложила ладони к груди. Этот жест не укрылся от внимания Димы. Он осторожно взял ее руку и поднес к губам, касаясь ими кончиков пальцев.
— Ты дрожишь. Тебе холодно без кофты? — прошептал он.
«Мне жарко, черт возьми!» — едва не воскликнула она, но вместо этого лишь неопределенно мотнула головой.
Она видела, как он долго, задумчиво смотрит на ее губы. Черт! Заметавшись, она сначала их поджала, потом закусила нижнюю … А он все смотрел и смотрел, словно размышляя, что же делать дальше.
«Теряю волю и рассудок!..»
Полуоткрытые губы Масленникова манили, притягивали. Не в силах более сопротивляться нахлынувшему желанию, девушка обвила руками его шею и привстала на цыпочки.
Легкое касание, еще одно, затем следующее — уже долгое и уверенное. И вот Илона уже чувствовала ответный поцелуй — глубокий, настойчивый и жадный.
