Казалось, никто, кроме Вики, не заметил появления Игоря. Владимир Яковлевич уткнулся в телевизор, где по серому полю бегали черно-белые тени. Наталья воевала с Вандой из-за пыльного клубка. Я тоже никак не прореагировала, потому что, во-первых, не знала, как реагировать, а во-вторых, потому что решила играть роль бесстрастного наблюдателя.
Вика усадила гостя пить чай и села рядом, не сводя взгляда с его рук. Я прямо-таки кожей почувствовала, как ей хотелось дотронуться до его руки, узкой ладони с красивыми, длинными пальцами. Его рука лежала рядом — в каких-нибудь пятнадцати сантиметрах от ее руки, но преодолеть это расстояние для Вики почему-то было невозможно.
По веранде поползло странное напряжение, в котором участвовали все присутствующие. Владимир Яковлевич пристально вглядывался в экран телевизора; притихшая Наталья, забившись в угол дивана, упорно рассматривала буфет. Даже Ванда затаилась под столом.
Все как будто чего-то ждали; беседа не клеилась.
Игорь оставался спокойным и держался совершенно естественно. Но вот и он кое-что уловил, однако руку не убрал, лишь вопросительно взглянул на Вику. Она мгновенно отвела глаза.
Не выдержав возникшего напряжения, Наталья внезапно дернулась; Ванда, подпрыгнув, бросилась вперед и вцепилась ей в пятку.
— Ай! Да больно же! — завопила Наталья, пытаясь стряхнуть кошку. — Уберите эту вредину! Она мне мстит за то, что я у нее клубок отняла. Ой!
Схватив газету, Вика замахнулась ею на кошку. Ванда чуть отступила, прижав уши, затем снова бросилась в атаку на Наталью, которая забралась с ногами на диван и пыталась отбиваться мухобойкой.
Это происшествие разрядило обстановку. Все успокоились; Владимир Яковлевич побеседовал с Игорем о футболе. Наталья помогла Вике набрать съехавшие со спицы петли и вернулась обратно, на диван. Ванда отказалась от попыток прокусить Наталье ногу и улеглась на полу рядом с Викой.
Теперь я могла рассмотреть гостя внимательнее: спокойный, общительный, не лишенный изящества. Приятные, довольно выразительные черты лица. Но… Но моя подруга почему-то слишком нервничает! Да и остальные не испытывают особого дружелюбия, скорее — легкую враждебность.
Ванда вдруг насторожилась, повела ушами, встала, подошла к входной двери, села перед ней и кротко мяукнула.
— Куда она собралась? — удивилась я.
— К ней кот пришел, — пояснила Наталья. — У нее новый ухажер, такой полосатый мордоворот с белым подбородком. Он ее снаружи ждет, она его почувствовала.
Я поднялась с дивана, чтобы выпустить кошку, которую в данный момент понимала, пожалуй, лучше, чем подругу. Закрыв за ней дверь, я села на место.
— Мы решили вычислить вора, который бродит по нашим участкам. Поможешь? — мило улыбнувшись, обратилась Вика к Игорю. Она уже справилась с собой и, по обыкновению, взяла инициативу в свои руки.
— Конечно, помогу, — согласился он. — А как?
— Сначала давай все обсудим, — пояснила Вика. — Подумай, может быть, ты об этом знаешь что-то такое, чего я не знаю?
— Да нет…
— Ну, может быть, ты об этом что-нибудь думаешь? — продолжала Вика.
— Пока нет. А вы?
Вика рассказала, как мы ходили рассматривать дома, пострадавшие от вора. Игорь внимательно слушал и, видимо, молча соглашался. Во всяком случае, не возражал.
— Поскольку он залез уже на четыре участка, наверное, он все же что-то брал, — подвела итог Вика. — Значит, надо определить — что. Вот ты бы что на его месте взял?
— Я? — удивился Игорь.
— Ты. Подумай, если бы ты залез на четыре дачи и везде что-нибудь брал, что бы это могло быть?
— Это должно быть одно и то же? — уточнил он.
— Не знаю, — пожала плечами моя подруга. — Вот это мы и должны в конце концов определить.
— Может быть разное, но «из одной серии», — подсказал Владимир Яковлевич.
— Юль, а ты бы что украла? — повернулась ко мне Вика. Наталья навострила уши.
— Еще не решила, — честно ответила я. — Надо подумать. Хотя бы до завтра.
— Отлично, — обрадовалась Вика и хитро подмигнула мне. — Значит, сутки думаем, а завтра вечером здесь же встречаемся и обсуждаем. Папа, ты слышал?
— Да, конечно, встречаемся: завтра Румыния — Швеция. Четвертьфинал.
— Мам, я тоже хочу участвовать. Можно? — настойчиво поинтересовалась Наталья.
Вика кивнула и вопросительно посмотрела на Игоря.
— Договорились, — сказал он.
Через дыру в полу вернулась Ванда, потерлась о мои ноги, потом подошла к холодильнику, села перед его дверцей и, оглянувшись на меня, требовательно мяукнула.
— Брысь, чучело, — укоризненно сказала ей Вика.
За завтраком все сосредоточенно жевали, стараясь не смотреть друг на друга — придумывали, что бы такое украсть. Судя по напряженным лицам, дело шло плохо. Только Вика солнечно улыбалась и мурлыкала себе под нос какую-то мелодию, но ее веселость объяснялась совсем не тем, что она с легкостью перевоплотилась в преступницу.
Поднявшись из-за стола, я почувствовала, что мне необходимо уединиться, иначе я не смогу украсть и пуговицы.
Выйдя на крыльцо, я огляделась. Грядка с морковью давно требовала прополки и находилась на краю участка — это как раз то, что мне нужно! И мимо никто ходить не будет.
