Ели то, что бог послал. Вернее, что осталось от последних даров горожан. Запивали козьим молоком. Поцапались за последний кусок ветчины. Ведьмак утверждал, что лучшее оставляют гостям, а я искренне считала, что гости не имеют права наглеть. В итоге поделили пополам. Почти. Мне достался кусок побольше.
Когда с перекусом было покончено, со стола убрано, но ни одной хорошей идеи не возникло, с улицы донесся грохот подъезжающего экипажа. Через недолгое время кто-то затрезвонил в колокольчик, висящий перед калиткой.
– Ты кого-то ждешь? – нахмурился Фентон.
– Нет, – отозвалась я, прислушиваясь. – Сам уедет.
Но незваный гость легко сдаваться не собирался и намека, что дома никого нет, а если и есть, то ему не откроют, предпочел не заметить. Он звенел колокольчиком с такой яростью, словно случился пожар. Половина хозяйства давно полыхала, а я сидела в погребе перед рабочим столом и не замечала, что скоро превращусь в поджаренный гренок.
Между прочим, колокольчик был трофейный, купленный на легендарном ночном рынке, и возрастом этому, с позволения сказать, нежданному визитеру точно годился в прадедушки. Никакого уважения к старине, покрытой благородной патиной! Он заранее мне не нравился.
– Он сейчас колокольчик сорвет, – сощурилась я.
– Дорог сердцу? – усмехнулся Фентон.
– Не то слово. Почти как огород, который ты разворотил.
Не успела договорить, как колокольчик подавился звоном и замолк на несколько секунд. У меня екнуло сердце и забилось заново, когда по огороду разлетелась звонкая трель.
– Похоже, твой гость никуда не собирается уезжать, – вернувшись к изучению бабкиного гримуара, как будто между делом заметил ведьмак.
– Ладно… – Я поднялась из-за стола и огладила платье ладонями. – Сейчас я от этого… источника шума избавлюсь и вернусь.
– Сковородку? – любезно уточнил Фентон, видимо, потешаясь над мрачным выражением моего лица.
– Зачем? Просто выпровожу по-хорошему, – высокомерно заявила я, но едва открыла входную дверь, как колокольчик вновь поперхнулся звоном, словно из него с корнем выдрали пестик. – Или придушу голыми руками.
– Другими словами, выпроводишь по-плохому.
– Как пойдет.
Любопытный Йосик немедленно ринулся следом, по давней привычке планируя лично поприветствовать гостей. Он сильно любил принимать визитеров и, подозреваю, недоумевал, почему они столбенеют от вида ходячей табуретки. В отличие от Петуньи, все-таки обремененной кое-каким интеллектом, он не причислял себя к предметам интерьера.
– Табуретка, под стол! – повелительно скомандовал Фентон, действительно заставив табуретопса с цоканьем ринуться в указанном направлении.
Звон, долетавший, должно быть, даже до соседней фермы, оборвался, едва я зашагала по каменной дорожке. Между оплетенных розами прутьев мелькал полосатый сюртук. Я отодвинула засов и открыла калитку. Передо мной стоял высокий детина с пшеничными вихрами и сытым лицом. Могучим телосложением он напоминал круэльского кузнеца, если бы этот добрый и простой человек втиснулся в столичный костюм.
На дороге стоял дорогущий экипаж, запряженный двумя лошадьми. На козлах сидел кучер в форменной зеленой ливрее и недоверчиво таращился в мою сторону. Не знаю, кого он ожидал увидеть по другую сторону калитки.
– Госпожа чародейка! – охнул детина. – А я звоню и звоню…
– Я заметила. Ты кто?
Тот заснул за пазуху руку и вытащил письмо, аккуратно сложенное и скрепленное красной сургучной печатью со знаком ковена Истванов. Тут настроение у меня окончательно испоганилось, хотя, казалось бы, сделаться хуже оно просто не может.
– Посыльный, значит, – мрачно резюмировала я и вскрыла печать.
– Не то чтобы посыльный… – пробормотал он, неожиданно покрываясь красными пятнами.
«Чародейка Агата Истван, дочь пресветлого Вацлава Иствана! – Папаня начал официально, умудрившись назвать себя в третьем лице. – Общим решением ковена присылаю тебе неокрепший…»
Я покосилась на мощного парня, способного устоять и не согнуться даже под ведьминым ветром. Под недовольным взглядом он тоже устоял. Разве что нервно переступил с ноги на ногу и шмыгнул носом.
«… неокрепший сорняк».
Конечно, огородные аллегории отец не обошел стороной. Как его, видимо, припекало, что старшая дочь из специалиста по защите от темных чар превратилась в провинциальную колдунью с собственным приусадебным хозяйством. Корову, что ли, завести? Тогда папенька вообще спать перестанет. Точно! Саблезубую корову. Заодно и дом будет охранять от незваных гостей.
Или же нехитро поселить в сарае умертвие Дюка. Тоже дивная идея. Надо на досуге обдумать.
«Прими его! – между тем настойчиво требовал уважаемый отец. – И с благодарностью взрасти достойного мага. Уверен, с твоим чутким уходом зацветет даже лопух».
Ученики мне, в принципе, снились только в кошмарах. Особенно подобного физического… масштаба. Как говорила бабка Розалинда, я не настолько богата, чтобы кормить дракона. А сейчас этот, с позволения сказать, драконов сорняк в веселеньком сюртуке вообще явился в самый неподходящий момент.
