Я готова была провалиться сквозь землю от дикого стыда за этот непонятный и совершенно неуместный поступок. Слезы навернулись на глаза, и чтобы скрыть их, склонилась вниз и подняла амулет. В душе крепло новое решение, и, смахнув с ресниц слезинки, я подняла голову, пытаясь ответить Кристиану, что не могу взять его дар, и амулет останется у него. Я открыла рот, но так и осталась стоять, замерев, глядя в бессильном отчаянии на то место, где инквизитор находился еще мгновение назад и где теперь лишь примятая трава свидетельствовала о его недавнем присутствии. Кристиан ушел, ушел, так и не узнав, что я хотела использовать последнюю возможность, чтобы защитить его. Дрожащими пальцами с пятой попытки застегнула на шее тонкую цепочку, ощутив тяжесть и прохладу золотой звезды, глубоко вздохнула и повернулась, чтобы отправиться обратно на поляну.
Тишина повисла над лагерем, ведьмы приготовились к сражению. Все они настороженно смотрели на отворившиеся ворота столицы, на выступивших из них инквизиторов. Впереди как всегда шли ловцы: серебряные костюмы, прикрытые серыми плащами, сверкали в лучах солнца, маски закрывали лица, а в руках сияли серебряные клинки. Тонкие сети колыхались в их руках в такт шагам. Позади, не сбивая общий строй, ровно, как на параде, твердой поступью шагали самые опытные и сильные инквизиторы. Серые капюшоны, откинутые назад, не скрывали тонких серебряных обручей на их головах, толстые и широкие серебряные браслеты обхватывали запястья. Сколько этого драгоценного металла блестело сейчас в красноватых лучах рассвета... Хотелось прикрыть глаза и сделать шаг назад, потому что казалось: вперед ступают не люди, а настоящие творения света. Взгляд мой метался по едва различимым лицам и фигурам идущих мужчин, пытаясь отыскать среди них Вильдана, но его я не находила.
И наконец они подступили, подошли совсем близко к краю поляны и остановились. Перед моими глазами все плыло, дыхание срывалось, сердце колотилось столь стремительно, словно пыталось вырваться из груди. Я видела бесстрастные лица, плотно сжатые губы, но не могла различить их черт, все казались слишком безликими. Перевела взгляд на ведьм и поразилась тому, как точно, словно зеркала, повторяли их лица эмоции инквизиторов. Тишина, гнетущая тишина повисла в воздухе- словно свет и тьма сошлись на поляне в последней битве, чтобы выяснить в открытом противостоянии, кто будет править миром дальше. Я тихо стояла, не шевелясь, не издавая ни звука, подобно остальным, а в душе зарождалась слабая надежда, что бой не состоится. Глупая непонятная надежда, но я видела, что инквизиторы не двигаются, не получив приказа от того, кто должен вести их в бой.
