Кая встает с пуфика, оставляет на нем планшет и застенчиво подходит ко мне. Я вспоминаю все, чему меня успел научить Голд, и выражаю жестами: «Привет! Меня зовут Вивиан. Приятно познакомиться».
«Привет! Меня зовут Кая…» А вот остальное я понять не могу и вопрошающе поворачиваюсь к Голду.
– Тапочки! Она просит тебя надеть тапочки! Если наследить в коридоре, Светлана нас с потрохами съест.
С правой стороны от двери в нише в стене встроена обувная полка. Голд достает мне тапочки – белые, конечно же, и я разуваюсь.
Мне комфортно в этом доме, несмотря на то что я раньше здесь не была. Обилие светлого совсем не напрягает, наоборот, внушает какое-то спокойствие. На этот раз Виктор помогает Голду затащить коробки и пакеты, а Кая тащит меня за руку на кухню. Она выдвигает самый нижний ящик из кухонного островка и показывает мне свои сокровища: разноцветные пищевые красители самых удивительных оттенков, марципан для лепки, съедобные бусины и блестки, формочки и трафареты, кондитерские рукава и пистолет.
«Ничего себе!» – использую я единственную фразу удивления, которую знаю.
Попросив ее подождать, я вспоминаю о наклейках, которые утром положила в розовый конвертик. Достаю их из сумки и протягиваю Кае.
«Это мне?»
«Да!»
Кая аккуратно открывает конверт и достает наклейки. Видно, что она не неряха. Белокурая, миловидная, голубоглазая – она просто копия своего брата. Когда она улыбается, у меня не остается никаких сомнений. У них даже улыбки одинаковые. Кая заправляет выбившуюся прядку за ухо, и я замечаю у нее слуховой аппарат.
«Большое спасибо!» – показывает девочка.
– О, что тут у нас? Какие красивые! Это Ви принесла? Сказала спасибо? Ну, конечно. Кстати, Ви, я всегда проговариваю то, что показываю жестами. Кая хорошо читает по губам и совсем немного слышит правым ухом.
Я, снова войдя в роль болванчика, киваю.
– Так, что тут у нас? Артурка, это твоя школьная подруга? Пришли громить мою кухню?
– Да, Светлана Аркадьевна, познакомьтесь, это Вивиан! Хотите верьте, хотите нет – мы все уберем. Можно нам кофе?
– Детям? На ночь?!
– Светлана Аркадьевна!
Стройная блондинка за пятьдесят в роскошном костюме в индийском стиле совершенно не похожа на домработницу.
– Да шучу я, шучу. Только с молоком. Открыто фундучное. Пойдет?
– Еще как!
В восемь вечера мы принимаемся за работу. У Голда на кухне целых две больших духовки и кухонный комбайн, что значительно упрощает работу. Голд приносит небольшую зеленую колонку и включает на телефоне музыку – громкость для такой маленькой вещицы максимальная. Мы приступаем к подготовке продуктов, а Голд кладет ладошку Каи на источник звука – она улыбается и подносит к самому уху играющую
– Это не дело. Можно заляпать форму. Ви, я сейчас приду! – почесав затылок двумя руками, говорит Голд и убегает наверх.
Мука, яйца, сахарная пудра, масло, специи…
– Ви, лови! – доносится сзади, и Голд, уже одетый в свободную серую футболку, кидает похожую мне. Я, оторопев, ловлю и искренне непонимающим и даже идиотским взглядом смотрю на нее. – Надень! – так просто говорит он, словно дает мне лист А4, который я попросила для черновика. – Чтобы не испачкаться. Она чистая.
Я только благодарю его жестом и, чуть не потеряв сознание прямо рядом с Каей, быстро напяливаю футболку, замечая на запястье резинку для волос. Одно движение – и я готова взяться за дело.Так я себя успокаиваю, потому что сама не верю, что готова – морально или физически, в доме Артура Золотова, на кухне Артура Золотова, в футболке Артура Золотова!!!
– Отличная идея! Кая, ну-ка иди сюда. Где твоя заколка?
Закончив подготовительный процесс, мы приступаем к чистке фруктов, замесу теста для шарлотки, брауни, рулета и размалыванию заранее замоченного кешью. Кая оказывается настоящим мастером по приготовлению имбирного печенья, я с трудом верю своим глазам! Сначала мы заканчиваем с шарлоткой, брауни и основаниями для кешью-кейка и ставим все в духовку. Массу с кешью убираем в холодильник и сразу приступаем к приготовлению тирамису, который совсем не требует выпечки. У нас получается три тортика, и один я специально посыпаю не какао, а белым шоколадом – для мамы. Мы заканчиваем почти в десять часов, и нам остаются еще рулеты и печенье. Пока Кая раскатывает тесто, я занимаюсь начинкой, а Голд – кукурузной основой. Из прихожей доносятся голоса, и он останавливает колонку на строчке, идущей после – All that we have is just slipping away / And I don't believe that it's gonna be okay («Все, что у нас есть, ускользает, И я не верю, что все наладится»
– Артур, ты знаешь, сколько времени? А ты почему еще не спишь?
– Привет, мам, пап! Мы почти закончили. Еще часа полтора. Для Каи это как новогодняя ночь. Родители, это моя подруга Вивиан, – немного смущенно говорит Голд, отодвигая в сторону муку.
