Откройте глаза, устраивайтесь поудобнее и позвольте трем самым крутым нападающим жанра ужасов прокатить вас. Приготовьтесь, друзья мои, ибо вы отдаете свое здравомыслие в руки этих мастеров ужаса.Три совершенно новые истории гарантированно вызовут улыбку...
Наши переводы выполнены в ознакомительных целях. Переводы считаются "общественным достоянием" и не являются ничьей собственностью. Любой, кто захочет, может свободно распространять их и размещать на своем сайте. Также можете корректировать, если переведено неправильно.
Просьба, сохраняйте имя переводчика, уважайте чужой труд...
Бесплатные переводы в нашей библиотеке:
BAR "EXTREME HORROR" 18+
или на сайте:
"Экстремальное Чтиво"
Фрейт изо всех сил старался сохранить весёлый настрой. На автостоянке, куда он забрёл, прежде чем понял это, он не обнаружил железнодорожную станцию. Рельсы предположительно расходились с главным шоссе, так что Фрейт метнулся назад в лес, где ржавые цвета угасли, потеряв очарование.
Октябрьский ветер, достаточно холодный, чтобы показаться зимним, принял Фрейта в объятия. Затем навстречу попалась парочка, которую тащили лабрадоры. Путники спорили, в какую сторону идти, а за это время собаки успели сговориться между собой и потянули хозяев в сторону. Мужик велел Фрейту вернуться на дорогу. Но он направился по тропинке, усыпанной листьями, где наткнулся на мать с двумя детьми, примерно одного возраста с его внучками. При виде их у Фрейта защемило в груди.
- Опять один гуляете? – спросила женщина.
- Да я всегда так. Даю семье отдохнуть от меня.
- Но они за вами присматривают? Да?
Фрейт не знал на сколько сильно она действительно заинтересована.
- Скорее наоборот, - возразил он.
- Знаю.
Её тон стал более успокаивающим, но не как у нянечки у кровати. Фрейт сообразил лишь спросить, где ближайшая станция.
- А что это за место такое большое? – спросил сын женщины.
- Это была школа, - уведомила его сестра с пренебрежением, свойственным её возрасту и полу.
- Школы давно нет, и не надо вспоминать о ней, - сказала женщина, всё ещё глядя на Фрейта, отчего можно было подумать, что слова сказаны ему. – Кажется, я видела нужный вам указатель, - вспомнила она. – Идите путём, которым мы пришли, а потом сверните на развилку.
- Ребятишки, а вряд ли кто-то из вас видел поезд?
- Они не видели. Уж точно не сегодня, – затем, повысив голос, словно желая упрекнуть, она добавила: - Просто сделайте, как я велела, и найдёте, что ищете.
- Надеюсь, что так, - ответил Фрейт с такой же интонацией. – Мне надо вернуться к дочери. У неё нет никого, кроме меня.
Он надеялся, что его решение вернуться примут с тем же энтузиазмом, как и решение прогуляться. Но неужели нельзя было оставаться ближе к дому и не кататься на поезде? Но, может, Карла хотела провести больше времени с девочками наедине. Он делал всё, что было в его силах, чтобы заместить двоих человек, теперь, когда матери Карлы не стало. Но что, если он перегибал палку? Он спрашивал об этом, когда внучки уже спали, но дочь предпочитала не отвечать, как и её мать когда-то.
Перед тем как уйти, Фрейт спросил у женщины:
- У вас есть отец?
- Был.
- Он теперь живёт с другими дедушками, - сообщил мальчик.
Фрейт не стал заострять внимание на том, что эта фраза могла означать, и ответил пространно:
- Я пока не собираюсь, - сказал он и направился в лес.
Должно быть, он проглядел указатель, о котором упомянула женщина. Солнце уже скрылось за деревьями, но до темноты ещё несколько часов. Закат превратил листву в полыхающие шары, разлился меж деревьев, придав опавшим листьям видимость золотой фольги. Бетонная дорожка вела в никуда и поворачивала каждые сто метров. Он даже считать их не стал, было ясно и без этого, что он повернул чёртову кучу раз, прежде чем выбрался на следующий перекрёсток. Здесь тоже не было указателей.
Вероятно, женщина ошиблась с направлением. Он же знал, что станция вовсе не слева – он пришёл оттуда ранее, - а тропинка сворачивала направо. Он застегнул до конца утеплённую куртку, чтобы скрыться от ветра, хотя и потел от нервного напряжения. Если бы дочери Карлы сейчас были с ним, он бы сказал им, что лучшие дороги ещё впереди, были бы ноги целы.
Вскоре дорожка стала вести только прямо, предоставив путника солнечному свету, который бил прямо в лицо и ослеплял. Наконец тропа, усеянная листьями, снова повернула направо. Фрейт моргнул, силясь разглядеть развилку впереди. Но казалось, что были лишь промежутки между деревьями по обеим сторонам дороги. Хотя нет, поворот всё же был, просто никак не обозначенный.
