Лили очнулась от глубокого сна с рассветом. Голова у нее была чуть затуманена, и она не сразу поняла, что именно изменилось, хотя точно знала: кое-что изменилось. Впрочем, долго размышлять не пришлось – чья-то мускулистая нога лежала меж ее ног и столь же мускулистая рука лежала у нее на талии.
Лили поежилась, вспоминая… Ночь была долгой и…
В молчании они вернулись домой, и она накрыла стол, но они едва притронулись к еде. А затем, когда посуда была вымыта и Фасолинка выгуляна, наступил момент… В общем, пора было отправляться в постель. Паскаль вопросительно посмотрел на нее, а потом вдруг подхватил ее на руки и отнес наверх. И он был не ангел – совсем не ангел, а гораздо лучше.
Осторожно освободившись из его объятий, Лили чуть отодвинулась и, повернувшись к нему лицом, стала смотреть на него. Она никогда прежде не видела мужа спящим. Волосы его разлохматились, а дыхание было глубоким и ровным. «Какой же он красивый, – думала Лили. – Прямо-таки сказочно прекрасный…» Ресницы у него были необычайно длинные и густые, и они отбрасывали тени на высокие скулы. А губы… Ах, у него были замечательные губы! Впрочем, и руки тоже. Руки, которые творили с ней такое – словами не описать… Ох, она была одержима страстью, и он подпитывал эту страсть – не давал пожару утихнуть ни на мгновение. И тот огонь, что разжигал в ней Паскаль, был под стать огню, коим ведал сам враг рода человеческого.
Да уж… Паскаль точно не был ангелом.
Осторожно, чтобы не разбудить мужа, Лили встала с постели, накинула халат и пошла вниз – нагреть воды и вывести на прогулку Фасолинку. Услышав его шаги на лестнице, обернулась. На Паскале не было ничего – лишь простыня вокруг бедер. А брюки и рубашку он держал в руке. Лили показалось, что он выглядел немного усталым, что, впрочем, было вполне объяснимо.
– Уже встала? – с улыбкой сказал он. – Значит, мне не удалось вымотать тебя до изнеможения?
– О, в этом ты как раз преуспел, – ответила Лили, вздохнув с облегчением – Паскаль, к счастью, вел себя как обычно. – Но, знаешь ли, меня ждут дела. Дом сам себя убрать не может. Да и овощи из огорода сами в котелок не прыгают…
Паскаль оставил рубашку и брюки на стуле и, подойдя к ней, обнял ее. Обнял своими такими теплыми, такими сильными руками!
– Точно? Ты уверена? – спросил он, целуя ее в шею за ухом.
И тут Лили вдруг почувствовала, что ей почему-то трудно говорить. Поэтому она ограничилась кивком.
– Ты немного не в себе, герцогиня? Словно тебя подвесили на заборе вверх ногами? – спросил Паскаль, поглаживая ее по спине.
– Да, все верно, – пробурчала Лили. – А ты не чувствовал бы себя точно так же в моем положении?
– Не знаю… А о каком положении речь?
– Ну… – Лили густо покраснела. – Ведь трудно чувствовать себя в своей тарелке, когда не знаешь, как себя вести после того как… В общем, после произошедшего этой ночью.
– Да, понимаю… – протянул Паскаль, делая вид, что обдумывает ее слова. – Ты хочешь сказать, что для таких случаев должны существовать какие-то особые правила поведения?
– Не знаю… – Лили пожала плечами. – Мне об этом никогда ничего не говорили. Единственное, о чем мне сообщили, – так это о потере девственности. И, уж конечно, никто ничего не говорил мне о… Ну, ты знаешь…
– О, да-да, – с ухмылкой закивал Паскаль. – Конечно, я знаю… Но как тебе могли об этом рассказать, если… – Он взъерошил ей волосы. – Если тебе, милая, неустанно внушали, что иметь плотские желания – великий грех? – Опустив голову, он принялся целовать жену, освежая в ее памяти все то, что произошло всего лишь несколько часов назад.
– О Паскаль… – с дрожью в голосе проговорила Лили, когда он наконец оторвался от ее губ. – Я думаю, что тебе не следует… целовать меня вот так при свете дня.
– Неужели? – пробормотал он, накрыв ладонью ее грудь. – Почему же?
Голова у Лили шла кругом; она чувствовала, что и он ее хотел, и это путало все карты.
– Потому что это… непристойно, – пролепетала она.
– Ммм… – Паскаль уже развязал пояс ее халата. – Да, так и есть. – Спустив халат с плеч Лили, опустился на колени и проделал с ней… нечто абсолютно непристойное и в то же время невыразимо прекрасное.
– О Паскаль! – воскликнула она.
– Ммм… – пробормотал он, целуя ее самые сокровенные места. – Приятно…
Приятно?! Да он и в самом деле распутник!
В следующее мгновение Лили уже лежала на залитом солнечным светом полу, охотно позволяя своему мужу делать с ней все то, что настоящая леди, конечно же, никогда бы не позволила.
Открыв глаза, Лили осмотрелась и шумно выдохнула; лоб ее покрывала испарина, волосы тоже были влажными. Она лежала в объятиях Паскаля, чувствуя, как гулко бьется ее сердце.
Лили невольно улыбнулась. Ох, даже не верилось, что человеку могло быть так хорошо…
Тут и Паскаль открыл глаза и, чуть приподнявшись, со стоном перевернулся на бок, увлекая за собой Лили. Он все еще оставался в ней.
– Господи, как же хорошо… – простонал он.
Лили смотрела на него во все глаза.
– Паскаль, а так… часто бывает?
– Понятия не имею. Но надеюсь, у нас с тобой так будет часто.
