– Они скажут всякие глупости, – заявила Лили. – Паскаль, какая чудесная история! Спасибо, что рассказал ее.
Он улыбнулся жене, затем отодвинул стул и поднялся на ноги. И Лили тут же забыла маленького тощего утопленника, ибо видела сейчас перед собой высокого, прекрасно сложенного и очень красивого мужчину, которого любила до слез. «О, спасибо вам, Николас и Джорджия! – мысленно воскликнула она. – И спасибо вам, Бог и Ангел. Спасибо за то, что не пустили Паскаля тогда в рай».
– Итак, Мишель, – обратился он к молчавшему священнику, – что вы обо всем этом думаете?
Отец Шабо осторожно покачал головой – словно приходил в себя после обморока.
– Даже не знаю, что сказать, – пробормотал он. – Вы дали мне обильную пищу для размышлений. Я никогда ничего подобного не слышал.
Пристально посмотрев на него, Паскаль проговорил:
– Поверьте, Мишель, рассказав вам об этом, я вовсе не хотел подвергать испытанию вашу веру. Скажу больше: я рассказал вам о своем опыте для того, чтобы укрепить вас в вашей вере.
Отец Шабо как-то странно на него посмотрел и тихо ответил:
– Само ваше присутствие здесь укрепляет меня в моей вере, Паскаль. Тот дар, что вы получили от Господа, служит укреплению моей веры. Вне всякого сомнения, если бы ваш рассказ был услышан каким-нибудь епископом, весь епископат упал бы на колени.
– Поскольку в мои намерения не входит выступление перед церковными властями, наш епископат вне опасности, – с усмешкой заметил Паскаль.
– Вы знаете, – пробормотал отец Шабо, – более непочтительных людей, чем вы и ваша жена, мне никогда еще встречать не приходилось. Если бы я сейчас был при исполнении своих пастырских обязанностей, – непременно отчитал бы вас и потребовал уважительного отношения к таинствам Господа. И при этом вы – те самые люди, которые видят эти чудеса и воспринимают их как должное. Особенно вы, Паскаль. – Отец Шабо почесал свой лысый череп. – Ангелы, божественный свет… Наверное, для вас это – вполне заурядные явления, раз вы живете с ними изо дня в день.
– Заурядные явления? – переспросил Паскаль, приподняв бровь. – Конечно же, нет. Я не настолько циничен. Но жена научила меня принимать жизнь такой, какая она есть, и я ей очень за это благодарен. Моя Лили, – добавил Паскаль, положив ладони на плечи жены, – необыкновенная женщина.
– Да, я это заметил, – с улыбкой сказал отец Шабо.
– Ничто не может сбить ее с пути, Мишель, даже ангелы. Так что уж говорить о моей скромной персоне… Я мог бы сказать ей, что являюсь реинкарнацией фараона Рамсеса, и это бы ее нисколько не впечатлило.
Лили улыбнулась.
– Ты совершенно прав, Паскаль. Я знаю, какой ты, и я люблю тебя именно таким. Так зачем же притворяться?
– Вот видите? – с улыбкой сказал Паскаль, обращаясь к священнику. Но улыбка тотчас же сползла с его лица, и он добавил: – Мишель, я лишь хочу, чтобы вы поняли: Господь наделил меня необычными способностями, а в остальном я такой же, как все. И я не хочу жить в одиночестве. Никогда на хотел. Много лет я искал то место, где я буду чувствовать себя дома, и таких людей, для которых я буду свой. И вот я наконец-то нашел свое место в жизни. И оно здесь, в Сен-Симоне, среди вас. А больше мне ничего не нужно. – Паскаль провел ладонью по волосам и вновь заговорил: – Именно поэтому мне все равно, кем меня считают – хоть бастардом герцога, хоть побочным сыном деревенского дурачка. Мне нужно только одно – чтобы во мне видели человека.
Отец Шабо кивнул, однако промолчал.
Паскаль отважился вновь заговорить на больную для него тему лишь поздно вечером, когда они с женой уже готовились ко сну. Он сидел в постели, укрывшись одеялом, и наблюдал, как Лили проводит щеткой по волосам – привычка, которую, вне сомнения, привила ей Коффи. «Интересно, – думал Паскаль, – кто научил ее сбрызгивать волосы настойкой розмарина? Тоже Коффи?»
– Все, хватит. Иди ко мне. – Он протянул к жене руки.
Лили положила щетку на стол и ступила в кольцо его рук.
– А теперь скажи, – проговорил Паскаль, вдыхая аромат ее волос, – что ты на самом деле думаешь о моем рассказе?
– Я думаю, – ответила Лили, целуя его в грудь, – что твой ангел был абсолютно прав. Вернее – права. Ведь ангелом была женщина, верно? Так вот, если бы она не развернула тебя тогда, тебя сейчас со мной бы не было. И ты бы не делал со мной ничего такого чудесного… и совсем не ангельского.
Паскаль засмеялся.
– Чудесного? Должно быть, мое мастерство растет.
Лили искоса взглянула на него.
– Это в тебе Рамсес говорит?
– Нет. – Он провел пальцем по ее губам. – Это говорит недавний девственник, который очень старается угодить своей жене. – Сказав это, Паскаль стал целовать жену в губы.
Через час Лили в сонном изнеможении лежала в его объятиях.
– Кое о чем я тебе не рассказал, – прошептал ей на ухо Паскаль. – Я не хотел этого говорить в присутствии Мишеля, но ты должна знать.
Лили тотчас повернулась к мужу лицом – и сонной истомы в ее глазах уже не было.
– Так что же ты не рассказал?! – оживилась она.
