Мы получили свою верхнюю одежду и выбрались из душного театра на свежий воздух. Витя предложил мне прогуляться по Москве, и я согласилась, решив, что мне не помешает немного развеяться после всех треволнений и переживаний, через которые мне пришлось пройти во время представления.
―Жаль, что не все любовные истории хорошо кончаются. И почему людям так нравятся трагедии?
―Трудно сказать. Наверное, потому что печаль и боль сильнее трогают, цепляют за живое. Но когда трагедия происходит в твоей собственной жизни… ―я покачала головой.
Какое-то время мы оба молчали.
―Ева, скажи, ты хотела бы вспомнить, что с тобой произошло? ―наконец, произнес Витя.
Я посмотрела на него ‒ мне показалось, что он спросил меня об этом с какой-то особой целью.
―Это сложный вопрос. А ты хотел бы, чтобы я все вспомнила?
―Этот вопрос еще сложнее, если честно, ―улыбнулся друг немного печально. ―Я помню, как ты была несчастна перед самым исчезновением. Но вроде, тебе начало становиться легче… Да, я хотел бы, чтобы ты все вспомнила. Чтобы ты смогла пережить то, что с тобой произошло. Смогла двигаться дальше.
Я вздохнула. В глубине души я понимала, что он был совершенно прав. Чем дольше я буду убегать от своих проблем, тем хуже мне будет, когда они меня, наконец, настигнут. Трусиха. Я должна сделать все, чтобы память вернулась ко мне, должна во что бы то ни стало вернуть свою настоящую жизнь!
―Ты же знаешь, что мы с тобой раньше встречались? ―спросил Витя, немного поколебавшись.
―Да, мама мне сказала.
―Наверное, ты понимаешь, почему я хочу, чтобы к тебе вернулась память. Ты говорила когда-то, что счастлива со мной…
Мы остановились под чугунным витым фонарем, распространяющим вокруг себя неяркое золотистое сияние. Друг взял меня за руку, посмотрел мне в глаза.
―Когда мы расстались, мне было очень тяжело это пережить. Но еще тяжелее мне стало позже, когда он разбил твое сердце. А когда ты пропала… ―парень сокрушенно покачал головой. ―Все это время больше всего я жалел, что так и не сказал, что чувствую к тебе.
Мое сердце сжалось на мгновение, а затем забилось с удвоенной силой.
―Я люблю тебя, Ева. Ты вовсе не обязана отвечать мне взаимностью, меньше всего мне хочется, чтобы ты переживала по этому поводу. Я просто хочу, чтобы ты это знала. На свете есть человек, который любит тебя и всегда поддержит, несмотря ни на что.
Даже несмотря на то, что сегодняшний день очень мало подходил для таких разговоров, и я все еще была растерянна и смущена, его признание тронуло меня до глубины души. Слова полные любви и заботы, они согрели мое сердце. Какие бы чувства он не вызывал у меня, сейчас или раньше, это было не так уж и важно. Его поддержка очень много значила для меня. Несмело сжав Витину ладонь в своей, я благодарно ему улыбнулась.
Он наклонился ко мне, осторожно обхватил меня руками. Я ощутила прикосновение его губ к своим губам, ощутила их мягкость и нежность. Витя нравился мне, я не могла этого отрицать, но почему-то…
Почему-то мне показалось, что было неправильно позволять ему целовать себя.
«Я люблю тебя, Ева».
Еще один призрак воспоминания, еще один осколок прошлого. Когда-то я услышала эти слова от одного человека, и то, что они сделали со мной, было ни с чем не сравнимо.
Сейчас, в этот самый момент, находясь в объятиях другого, я осознала с кристальной четкостью, что больше так продолжаться не может. Всей душой я ощутила желание вернуться к своей жизни, настоящей жизни…
И тут произошло нечто очень странное.
Все, что окружало меня, словно потеряло свою материальность, превратилось в поток энергии, в тысячу, миллион связанных друг с другом энергетических нитей. И будто бы я сама была частью этой всеобщей связующей силы, могла управлять ею по своему желанию. Могла управлять этим миром, могла сделать с ним все, что захочу…
И в это мгновение воспоминания вернулись ко мне. Все, от чего я убегала, все, к чему стремилась.
Я вспомнила
Каково это ‒ находиться в мире духов? Наверное, я и сама не сумела бы сполна ответить на этот вопрос. Это было похоже на сбивающий с толку водоворот образов, воспоминаний и эмоций. Стоило мне сконцентрироваться на чем-то одном, и это что-то приобретало материальность и форму, захватывало воображение, привлекало все внимание, а затем рассеивалось, не оставляя после себя ни пылинки, ни следа. Ничего, за что можно было бы уцепиться.
Это было похоже на нескончаемый запутанный сон.
―Ева, ―послышался откуда-то теплый и ласковый голос.
Кто звал меня и откуда? Было ли это игрой моего воображения, всего лишь образом, идеей человека, которому я была дорога? Я чувствовала себя одинокой. Вокруг меня было слишком много всего, но одиночество мое было не выразить словами.
―Ева, сконцентрируйся, почувствуй мое присутствие.
Я постаралась сделать так, как велел мне незнакомый голос. Меня не нужно было уговаривать, ведь больше всего на свете мне хотелось ощутить рядом с собой присутствие другого существа.
