На берегу она омыла ладони и умыла лицо. Мелкие ранки немного щипало. Жар настолько охватил, что захотелось окунуться полностью. Девушка скинула только покрывало и в одежде вошла в реку. Калияни легла на спину, расставив руки, и наконец в воде расслабилась, закрыв глаза. Она спокойно плыла вдоль берега, как вдруг ощутила прикосновение. Открыв очи, девушка увидела на своем нагом животе красный гибискус, а сверху на нее смотрел тот самый мужчина. Резко вдохнув, что едва не хлебнула воды, Калияни тотчас опустилась и скрылась в воде по плечи. Цветок качался на воде возле нее. Он сидел на корточках в синих шароварах под названием дхоти, которые были сделаны из большого куска ткани и подвязывались на талии, проходя между ног; грудь его была открыта. Волосы его все еще влажные, убраны за уши. А сами уши выглядели слегка вытянутыми вверх, что являлось его особенностью и лишь придавало очарования. На солнечном свету в коричневых глазах его отражалась зеленая вода и даровала взору яркости и неповторимости. Взгляд его и без того был непрост, как и нрав… На лице мелькала улыбка, похожая на ухмылку. Судя по всему, мужчина всё-таки успел заметить подглядывающую и даже проследить за ней.
– Шамбо… а твое имя? – произнес он после мгновения молчаливого созерцания.
Калияни пребывала в необъяснимом состоянии, дыхание ее частое и отрывистое, одолевало волнение, которое внезапно перекрылось напавшим весельем. Девушка неожиданно посмеялась, на что мужчина скривил брови, а затем выдала:
– Неужто потому что великодушный…
Она имела в виду одно из значений имени молодого человека, кого назвали в честь Бога Шивы. У божества было очень много имен в индуизме. Кажется, дерзость девицы пришлась не по нраву, но она не задела его так, как задел бы любой мужчина… от красивой девушки это прозвучало скорее с фривольной ноткой или вызовом, и лишь пробудило возбуждение, усиливающее притяжение… Шамбо игриво вздернул бровью и приглушенным тоном ответил:
– Потому что приносящий удовольствие…
Сия трактовка имени теперь вызвала возбуждение у Калияни, щеки ее залились румянцем. После тонкого ответа мужчина встал и пошел. Вслед за ним по воде поплыл гибискус. Калияни дотянулась рукой и взяла цветок. Покручивая его пальцами и рассматривая, она поднимала голову и устремляла взор в сторону, куда ушел искуситель, как его назвал брат. Признаться, эмоции ее переполняли, вновь та дрожь забегала по мокрому телу, а ветерок, даже легкий, усиливал накал… Диковинная встреча оставила уйму впечатлений, будущее было непредсказуемым, но Калияни полагала, что Шамбо больше не захочет с ней встречаться и разговаривать, ведь она позволила себе посмеяться над его именем. Сейчас ей стало стыдно, возникло сильное сожаление и желание исправить произошедшее. Гибискус она забрала с собой и вставила в волосы, а дома незаметно положила под свою подстилку.
Вечером Калияни вновь пришла к дому госпожи Радхи, чтобы послушать ее речи, особенно о любовных отношениях. Она хотела вернуться засветло, дабы не искушать судьбу в лесу и дома, где родители порицают ее за долгое гуляние. Окутанная мечтами Калияни выглянула туда, где обычно занимаются ученицы, однако никого не застала. Послышались голоса, тогда она обошла постройки и оказалась с фронтальной стороны дома Радхи. Женщина стояла неподалеку от дверей и показывала на девушку слева. Напротив стоял с важно поднятой головой молодой мужчина в дорогом одеянии, увенчанный драгоценностями. На голове его был роскошный убор с камнями, на лице черная борода, а на щеке видимый шрам. Сразу стало понятно о значимой личности.
– Я сам приехал в эту вонючую деревню, чтобы лично выбрать себе куртизанку… поэтому не надо мне предлагать… тем более уродину! – барственно и нагло заявил мужчина, отмахнувшись ладонью в перстнях от девушки возле Радхи.
Калияни поразилась ужасному поведению выскочки, который возомнил себя не то падишахом, не то самим Богом. Радха была спокойна либо же тщательно прятала волнение, разговаривала уважительно и не стала перечить.
– Конечно… прошу, выбирайте желаемую девушку, – ответила она с легкой улыбкой и чуть отошла.
Наглец вальяжно поднялся на большое крыльцо и, деловито поджав губы, принялся осматривать каждую. Он вел накрашенными черным цветом глазами снизу-вверх, заострял внимание на вырезе кофточек и смело пялился на груди, некоторых он вовсе потрогал за бедро или живот. Все девушки были красиво одеты и даже в украшениях, покрывала играли красками, как и укороченные кофточки, и юбки. На ком-то был наряд, напоминающий длинное цельное платье или же кафтан поверх нижнего платья, что часто носили мусульманки из высокой касты. Но сластолюбца привлекали больше индийские сари или их подобия, в которых открыт живот и зачастую присутствует декольте. Обойдя каждую, важная личность вздохнула и, похоже, не была в особом восторге. Показалась скука. Оно и немудрено, если всё к твоим ногам, то ты уже пресытился женским вниманием.
– Эта… – всё же указал пальцем мужчина.
