За змейкою серпантинатуман на старинных башнях,голубенькая ленточкасветится меж валунов.Здесь с молоком впиталиуважение к старшим.Здесь давно правит мудрость,а не прихоти дураков.Здесь виноград так сладок,Так терпки и чисты вина,Здесь тишиной дирижируетсуровая красота.Спят на синих вершинахопаснейшие лавины,и на альпийских лугахзлатое руно отар.Камни хранят словадавно уж ушедших предков.Эхо в горах хранитзабытые голоса.Маленькая страна,как драгоценная редкость,божественным ювелиромоправлена в небеса.1993 г.<p>«Сладко нам кислое вино…»</p>
Андрею Барамия
Сладко нам кислое винона полной удали пирушке,когда звенят весельем кружки,а грусти места не дано,нам сладко кислое вино.В монастыре грузинском Гремисреди спокойных плавных гор,не знали мы, что Время — вор,казалось бесконечным Времяв монастыре грузинском Греми.Мой друг! Теперь мы все седы.Осталось в бесконечном прошлом,что составляло нашу ношуи глубже делало следы.Мой друг! Теперь — мы все седы.Седы мы. На исходе векадля прежних песен места нет.В долине выпал иней лет,и не войти повторно в реку,и не оставить в ней свой след.Но сладко кислое вино,бушует удаль на пирушке…Давай поднимем наши кружкиЗа то, что было нам даносто лет назад, давным-давно,как грустно кислое вино!Как постарели все подружки…1998 г.<p>«Шли по белому снегу босыми ногами…»</p>Шли по белому снегу босыми ногами,И рассвет, кровавясь, вставал за нами.Воронье кричало с небес с тоскою.Мы доказывали, что чего-то стоим.И в зрачки ружейные улыбались мы,Первенцы и последыши злой зимы.Как хрипели мы строки страшных песен!Но в степи лежать никому не тесно.А в степи всем на свете хватит места!Обмороженный коршун разносит вести,Что закончен красным отрядом бег,И легли мы все в покрасневший снег.А над степью тишь и запахи пороха.И шальные лисицы дрожат от шорохов.И крадутся они, заметая следы,В балку, хранящую боль беды.Воронье, пугливо сторонясь лисиц,Опускается с неба к белым теням лиц.Нет, не будет мертвым живой воды!Только птичьи и лисьи вокруг следы…Август 2002 г.<p>Герой революции</p>
