А в Синано все успокоились и решили, что враг унялся и больше к ним не сунется. Но вскоре в третий раз явился посол с письмом. На этот раз он вел в поводу двух кобылиц. «Определите на глаз, которая из кобылиц мать, которая дочь, а не сможете – пойду на вас войной и разгромлю!» – гласило очередное послание воинственного соседа-правителя.
Взглянул князь Синано на лошадей, а те как две капли воды похожи одна на другую: обе одного роста, одной масти, даже скачут и резвятся одинаково. Задумался князь, созвал приближенных на совет, но те и на этот раз ничего не придумали. Волей-неволей пришлось ему объявить, что всякий, кому удастся разрешить новую задачу, получит любую награду, какую только пожелает.
Народ заволновался. Желающие заслужить награду толпами приходили ко дворцу и разглядывали приведенных из соседней провинции лошадей. Но даже известные на всю округу знахари-коновалы, занимающиеся лошадьми, в недоумении покачивали головами.
А крестьянин вновь обратился к матери. Выслушав сына, она, как и прежде, сказала с улыбкой:
– Ну, и это не велика трудность! Про такое дело мне как-то рассказывал покойный муж. Надо положить перед лошадьми охапку травы. Одна сразу набросится на еду: это – молодая лошадь. Другая переждет, пока первая насытится, и лишь потом доест остатки – это и будет мать.
Обрадованный крестьянин прибежал во дворец и попросил:
– Поручите мне, пожалуйста, отличить кобылку от её матери!
Он набросал лошадям свежей травы, и всё произошло так, как говорила старуха: одна лошадь сразу же с жадностью стала поедать траву, а другая осталась стоять спокойно, глядя, как та кормится.
Тут и князю всё стало ясно.
– Ошибки быть не может! – ликовал он.
С этими словами он повесил на лошадей таблички с надписями и передал кобылиц послу.
– Вы совершенно правы, – подтвердил посол и уныло двинулся в обратный путь.
– Ты оказался мудрее всех. Дарю тебе всё, что пожелаешь! – сказал крестьянину князь, изумлённый его сообразительностью.
Крестьянин сообразил, что сейчас самое время просить князя пощадить старуху-мать.
– Денег мне не надо и ценных вещей тоже, – сказал крестьянин. Князь изменился было в лице, но крестьянин поспешно продолжил: – Я прошу вас спасти жизнь моей матери.
И он рассказал князю все без утайки. Тот слушал, вытаращив глаза от удивления. Узнав, что все задачи удалось разрешить благодаря проницательности старой женщины, он был поражен.
– Верно говорится, что старикам ума не занимать! – воскликнул он. – Умная старуха спасла от беды всех нас. Я прощаю крестьянина, скрывшего свою престарелую мать, и впредь не стану ссылать стариков на остров.
Крестьянин был щедро награжден, а ликованию народа не было предела. И так как последняя задача, на которую больше всего рассчитывал правитель соседней провинции, была удачно разгадана, ему пришлось отказаться от мысли завладеть провинцией Синано.
Матаюро был сыном известного фехтовальщика. Однако отец выражал крайнее недовольство мастерством сына. И тот отправился к подножию горы Футары, где по слухам жил знаменитый фехтовальщик Бандзё.
Банзё проверил юношу в бою и вынес вердикт:
– Ты хочешь научиться у меня искусству фехтования?! Но, увы, ты не удовлетворяешь моим требованиям.
Но юноша проявил завидное упорство.
– Но если я буду очень стараться, то за какой срок смогу стать мастером? – не сдавался он.
– Тебе понадобиться весь остаток жизни… – ответил Банзё.
– Но я не могу ждать так долго! – с нетерпением воскликнул юноша. – А, если я стану твоим доверенным слугой и буду трудиться день и ночь? Тогда как скоро я стану мастером?
– Тогда может быть лет через десять… – ответил Банзё.
– Мой отец стар, и скоро мне придётся заботиться о нём, – продолжал Матаюро. – Если я буду трудиться ещё больше, сколько это займёт времени?
– О, может быть, лет тридцать… – задумчиво ответил Бандзё.
– Как же так? – Удивился Матаюро. – Сначала ты сказал: понадобится десять лет, а теперь тридцать? Я готов перенести любые трудности, лишь бы научиться мастерству фехтования в короткий срок.
– В таком случае, – спокойно сказал Бандзё, – ты должен оставаться у меня семьдесят лет. Человек, который так спешит добиться результатов, редко учится быстро.
– Хорошо, – согласился юноша, поняв, наконец, что его упрекнули в невыдержанности. – Я согласен.
Мастер предложил Матаюро никогда не заговаривать о фехтовании и не прикасаться к мечу. Он готовил еду учителю, мыл посуду, стелил ему постель, подметал двор, ухаживал за садом и ни слова не упоминал об искусстве фехтования.
Прошло три года. Матаюро всё ещё работал. Думая о своём будущем, он становился всё печальнее – ведь Банзё так не начал заниматься с ним.
Но однажды Бандзё подкрался к ученику сзади и сильно ударил его деревянным мечом. На следующий день, когда Матаюро варил рис, Бандзё опять неожиданно напал на него.
