Обездоленных трудяг, обитателей граничных миров Конфедерации, Война Гильдий лишила многого. Польстившись на обещания барышей, неопытные рекруты вызываются встать в строй наряду со слишком уж покладистыми преступниками… и несколькими офицерами, чья компетентность вызывает большие сомнения. Восемнадцатилетний Джим Рейнор — идеалист, стремящийся изменить мир к лучшему — преисполненный боевым духом, покидает родной дом, чтобы принять участие в сражениях. С честью преодолев тяготы космического перелета и учебного лагеря, парень попадает на передовую, где вскоре узнает, что официальная доктрина — совсем не то, за что они сражаются на самом деле.Впервые приоткрывается завеса тайны над давней дружбой молодого рекрута Джима Рейнора и бывалого солдата Тайкуса Финдли. Они сражаются на передовой в межпланетной войне и воочию наблюдают за всей порочностью командования силами Конфедерации — порочностью столь всепоглощающей, что она несет гибель солдатам правительства.Книга производства Кузницы книг InterWorld'a.
«Силы Конфедерации столкнулись с необходимостью постоянного противодействия рейдерским налетам келморийцев, атаки которых происходят повсеместно в трех из пяти оспариваемых территорий сектора Копрулу. В связи с чем затраты на военные нужды пришлось увеличить и, к сожалению, в ущерб другим отраслям экономики. Государственная поддержка сельского хозяйства упала до рекордной за последние годы отметки. Тяжелее всего приходится собственникам фермерских хозяйств. Число обанкротившихся фермеров на аграрных планетах Конфедерации продолжает стремительно расти».
Недавно выплывший из-за горизонта огненный диск солнца безжалостно слепил глаза. Раскаленный воздух дрожал над извилистой вереницей грузовиков с цистернами, исчезавшей за вершиной холма. Прищурившись, Джим Рейнор глянул поверх зеркальных очков на затор из машин, после чего поставил бензовоз на «ручник». Заглушив двигатель, парень откинулся в кресле. За проведенный в пробке час он выучил все царапины и пятна грязи на кузове впереди стоящего грузовика.
Рейнор чуть высунулся из открытого окна кабины и окинул взглядом знакомый пейзаж. Покатые холмы сельхозугодий были выжжены засухой, что продолжалась уже больше месяца. При этом самая горячая пора была еще впереди. А затем, после короткого «бабьего лета», словно молот ударит зима. Все кругом покроет толстый слой снега.
«Ее дыхание то обжигает, то превращает в сосульку, — любил приговаривать отец Рейнора, — с какого бока ни глянь, Шайло та еще сучка».
Непоседливому парню восемнадцати лет от роду было непросто привыкнуть к выматывающей тягомотине заторов. Первые полтора месяца после введения системы талонов на выдачу веспена дались Джиму с трудом, но он не жаловался. Его родителям и без того хватало забот.
Непрекращающаяся Война Гильдий вытягивала из родной планеты все ресурсы. По словам отца Рейнора, из большинства других планет тоже. В результате фермерам — таким, как родителям Джима — пришлось столкнуться с нормированием топлива, городским жителям — с нехваткой продовольствия, а с повышением налогов приходилось справляться и тем и другим. Но гражданские покорно сносили все тяготы, зная, что их лишения — это залог безопасности от нападок Кел-Морийского Синдиката.
Смартфон Рейнора на приборной панели подал сигнал, и на его экране появилось лицо Тома Омера. Парень сидел за рулем отцовского грузовика-платформы в трех машинах позади Джима.
— Зацени, — произнес Омер. Изображение друга исчезло, а над пассажирским сиденьем в кабине у Джима появилась голограмма. Она состояла из плавающих кусочков — по меньшей мере сотни — которые в собранном виде представляли собой трехмерное изображение. Том где-то достал его, разделил на части в смартфоне, перемешал и отправил приятелю.
— Время пошло, — сказал Омер. — Вперед!
Кусочки мозаики были маленькими, самые крупные — не больше пары сантиметров в длину, и совершенно разных форм и размеров. Но Рейнор быстро приметил сочетающиеся по цвету части, аккуратно выбрал их, и совместил друг с другом быстрыми движениями указательного пальца. Пару раз он ошибся, но быстро поправил мозаику, и вскоре перед ним начало проявляться изображение Анны Харпер в форме чирлидера.
— Неплохо, — с одобрением произнес Джим.
— Скажешь тоже, неплохо. Моя будущая жена, между прочим, — отозвался Омер. — Жаль, конечно, что она и знать обо мне не знает.
— Ей-богу, ты ничего не теряешь! Эта Анна сто пудов не больше чем пустышка.
— Пустышка? — воскликнул Омер. — Знаешь Джим, вот только ты мог такое ляпнуть. Ладно, твое время — четыре… не, шесть минут. Неплохо для какого-то водилы… Чем меня удивишь?
Рейнор покопался в памяти смартфона и усмехнулся — он нашел фото Омера в костюме клоуна, сделанное еще в шестом классе.
— Такая красотка, ты мигом свою Анну забудешь, — улыбаясь, сказал он. Затем пропустил изображение через приложение для нарезки на фрагменты и отправил Тому. — Даю тебе полчаса. И тебе пригодится каждая секунда.
Омер взялся за дело. В кабине повисла тишина.
