– Ладно, весталка, предположим, все твои безумные истории правдивы, – скрепя сердце проговорила я, потирая виски. Голова болела все сильнее. – В чем же состоит план Янус? А главное, если Верлен тоже стоял у истоков создания существа, которое ты принимаешь за богиню, почему ты так дурно с ним обращаешься? Не следует ли тебе относиться к нему с тем же уважением, которое ты выказываешь по отношению ко мне? Чего ждет от него Владычица Туманов? Чего конкретно она ждет от нас?
– Как я уже объясняла, вы должны забрать души у богов и вернуть на землю природу. Но для этого вам следует вначале убить Ориона, другого способа нет. Без полного и окончательного уничтожения этого тирана мир никогда не сможет возродиться.
Я машинально кивнула.
Рассуждения весталки показались мне вполне логичными, даже очевидными. В конечном счете я готова сделать все необходимое, чтобы одолеть бога-императора. Нужно во что бы то ни стало положить конец его злодеяниям, а если ради возвращения на Землю жизни нужно истребить весь Пантеон – то так тому и быть. Такое решение меня вполне устраивает.
Некоторое время Элдрис молча наблюдала за мной, словно взвешивая мои мысли, затем она села на траву, явно готовясь к долгому разговору, и жестом предложила мне последовать ее примеру.
Я повиновалась – мне не терпелось услышать остальную часть истории.
– Также ты должна понять, что вы с Верленом уже не те, что в том, изначальном существовании, – осторожно начала Элдрис. – Внутри вас заключены души Создательницы и Разработчика – Люка и Исмахан, и все же вы изменились, вы уже не они. Вы плод ваших настоящих жизней и щепотки воспоминаний о прошлом, а вовсе не полноценные копии. Более того, мы гораздо больше обязаны Создательнице, нежели Разработчику, совершившему множество ошибок и даже не сумевшему завершить вашу общую работу.
Я отпрянула.
Так вот почему Элдрис так обижена на Верлена? Это абсурд, она не может упрекать его в том, что в нашей прошлой жизни он прервал работу над проектом из-за болезни…
Поэтому мне показалось крайне важным уточнить:
– Верлен… то есть Люк, если тебе так больше нравится… не закончил работу над созданием Янус, потому что тяжело заболел!
– Разработчик не на нашей стороне и никогда не перейдет на нашу сторону, – отчеканила весталка, делая ударение на каждом слове. – Я видела прошлое и все возможные варианты будущего. Поверь, я знаю, о чем говорю.
Я не понимала, как Элдрис может рассуждать столь категорично, однако не сомневалась: она и остальные участники сопротивления ошибаются насчет Верлена.
– Ты его не знаешь, – настаивала я.
Мне не давал покоя вопрос: каким образом защищать Верлена, если абсолютно все – очевидно, в этой жизни, как и в прошлой, – настроены против него.
– А ты знаешь? Прошло меньше месяца с тех пор, как вы впервые увидели друг друга, а ты берешься судить о том, что думает такое сложное существо, как он?
– Верлен больше не на стороне Ориона, я могу это тебе гарантировать. Отныне он за нас.
Хотя, после того как Верлена предали, вполне возможно, потребуется какое-то время, чтобы убедить его в благих намерениях подпольщиков…
– Поверь, Сефиза, мир не делится только на черное и белое, отнюдь. Возможно множество путей. Более того, крайне важно помнить, что создание, порожденное Орионом, может привести мир как к гибели, так и к процветанию. В его руках жизни всех обитателей Земли. Мы не можем позволить ему распоряжаться своей способностью самостоятельно, надеясь, что он примет правильное решение из-за того, что ты открыла ему глаза на происходящее. Наша обязанность – направлять его, руководить его действиями, контролировать его силу и компенсировать его слабости, чтобы не допустить новых ошибок. С самого начала предназначение Верлена – быть орудием императора, помогать в осуществлении его планов. Твои суждения пристрастны, потому что недавно ты узнала о вашем совместном прошлом. Неужели ты забыла, что всего четыре года назад Верлен стал палачом твоих родителей? Ты забыла обо всех казнях, пролитой человеческой крови, обо всем зле, что лежит на его совести? Он совершил столько преступлений – и все ради удовлетворения требований его тирана-отца!
Я ждала, что Элдрис напомнит мне о трагической гибели моих родителей, а также обо всем остальном. Мне были хорошо известны все ее доводы. Я понимала ее точку зрения – долгое время я и сама разделяла эту воинственную позицию. Однако я оказалась не готова к внезапно охватившей меня чудовищной душевной боли, грозящей разорвать мою душу пополам.
– Нет, – прошипела я сквозь зубы. – Разумеется, я ничего не забыла. Помню и о родителях, и о своем народе.
– Владычица полагала, что ваша необычная связь станет для тебя сдерживающим фактором и ты не убьешь Первого Палача; однако она предвидела, что недавнее печальное прошлое разделит вас, не дав вашим взаимным чувствам укрепиться.
Весталка наклонилась ко мне и коснулась моей руки. Ее механические пальцы жестко сомкнулись на моем предплечье, голос задрожал.
