Следующий: «Правительство Соединённых Штатов продолжает расходовать деньги налогоплательщиков на огромную пещеру, которая засекречена в горах неподалёку от Денвера. Интересно, сколько высших военных чинов и правительственных официальных лиц вместе с их семьями захотят туда переехать, когда широкой общественности станет известно об этом факте?»
«Франция ещё раз попыталась сунуть нос в дела США, сделав заявление, что ВВС Соединённых Штатов, базирующиеся на французских авиабазах, должны покинуть территорию Франции. Может, они знают что-то, о чём нам неизвестно?»
«Из-за автоматизации производства ещё четыре процента трудоспособных граждан оказались выброшенными на рынок рабсилы. Неужели никого не волнует судьбы лишних людей?»
Дейсейн опустил газету и уставился на неё невидящими глазами. Чёрт возьми, эту газету уж точно выпускает какая-то подрывная антиправительственная организация! Кучка коммунистов? Может, в этом и есть разгадка тайны Сантароги?
Он посмотрел вверх и увидел стоящего рядом официанта.
— Это ваша газета? — спросил официант.
— Да.
— А! Наверное, Эл дал вам её. — Он начал поворачиваться, когда Дейсейн спросил у него:
— А где ресторан приобретает продукты?
— Со всей долины, доктор Дейсейн. Говядина поступает с ранчо Рэя Аллисона, расположенного у въезда в долину, а цыплята — с фермы миссис Ларсон, которая выращивает их к западу от нашего города. Овощи мы получаем из теплиц.
— Спасибо. — Дейсейн вернулся к газете.
— Доктор Дейсейн, хотите ещё что-нибудь заказать? Эл сказал, чтобы вам подавали всё, что вы только пожелаете. Оплачивать будет он.
— Нет, спасибо.
Официант оставил Дейсейна, вернувшегося к чтению газеты.
Дейсейн решил тщательно изучить её. В ней было восемь страниц, рекламы почти не было — только на первой, да и половина последней отводилась для рекламных объявлений, которые нагоняли тоску: «В магазине „Бреннер и Сыновья“ недорого продаётся спальная мебель. Пришедший первым первым и обслуживается. Имеется также мебель высокого качества местного производства».
«Четыре новых холодильника (16 кубических футов) можно приобрести на рынке Льюиса. Справки о ценах по телефону». В качестве иллюстрации служил улыбающийся толстяк, державшийся за открытую дверцу холодильника.
Остальные объявления касались в основном купли-продажи и обмена: «Имею тридцать ярдов домотканой шерсти (ширина 54 дюйма), нуждаюсь в хорошей ленточной пиле. Звонить Эду Джанки на мельницу номер один».
«Однотонный грузовик марки „Форд-56“ куплен мною два года назад и до сих пор в приличном состоянии. По словам Сэма Шелера, он стоит около пятидесяти долларов или хорошую тёлку. Уиллиам Маккой, Ривер Джанкшн».
Дейсейн более внимательно начал перечитывать газету. Он наткнулся на одну колонку для садоводов: «Настало время разводить жаб в вашем саду для борьбы с улитками».
Одна из следующих страниц была полностью посвящена предстоящим собраниям и тому, какие вопросы будут на них рассматриваться. При чтении этой колонки Дейсейн заметил часто повторяющуюся фразу: «Джасперс закупит».
«Джасперс закупит, — подумал Дейсейн. — Джасперс… Джасперс… Повсюду Джасперс. Неужели они действительно потребляют так много продукции этого кооператива?» — В этом слове, как ему вдруг показалось, скрывался какой-то смысл. Нечто объединяющее, характерное только для сантарожанцев.
Дейсейн снова вернулся к газете. Его привлекло одно объявление в рекламной части: «Обменяю двухлетнее пользование половиной моего холодильника „Джасперс“ (20 кубических футов, высокое качество) на предоставленную возможность в течение шести месяцев заниматься столярными работами. Лео Мерриот, Ривер Роуд, 1018».
Что же, чёрт возьми, представляет из себя холодильник «Джасперс»? Но каким бы он ни был, а пользование его десятью кубическими футами в течение двух лет приравнивается шестимесячной зарплате столяра — это же не меньше четырёх тысяч долларов!
Солнечный свет, внезапно ярко осветивший ресторан, привлёк внимание Дейсейна, и он приподнял голову как раз вовремя, чтобы заметить пару молодых людей, входящих в ресторан. У девушки были тёмные волосы, глубоко посаженные карие глаза и красивые подвижные брови, а у её спутника резкие норманнские черты лица и не менее красивые голубые глаза. Они заняли кабинку рядом с Дейсейном. Дейсейн наблюдал за ними в отражении зеркала, висевшего над баром. Молодой человек бросил взгляд через плечо на психолога и сказал что-то девушке. Та улыбнулась.
Официант принёс им два прохладительных напитка.
Вскоре девушка произнесла:
— После Джасперса мы сидели там и прислушивались к звукам на закате солнца, шуму проводов и голосам птиц.
— Иногда ты должна чувствовать рябь на воде, — сказал её спутник. — Это из-за того, что в красных лучах заходящего солнца поднимается ветер.
Дейсейн снова насторожился. Это постоянное упоминание о Джасперсе, его высоком качестве — это что, шизофренический бред или какая-то разновидность психоделии. Он напрягся, пытаясь расслышать их разговор, но они склонили головы друг к другу и начали перешёптываться и смеяться.
