— Какой-то осел-инженер в Космической Службе спроектировал пробную модель бронированного костюма похожим на гигантскую женщину — груди и все прочее. — Она взглянула на Финнистер. — Разумеется, это все происходило под вашим чутким руководством?
Финнистер кивнула, лишившись дара речи от потрясения.
— Я могла бы избавить вас от хлопот, — сказала Гвен. — Это одна из причин, почему вам нужно повнимательнее прислушаться ко мне, как к специалисту. Ни одна женщина в здравом уме никогда не полезет в эту штуковину. Она будет казаться себе большой — и голой. — Гвен покачала головой. — Фрейд! Что за сочетание!
Оулинг облизал губы.
— Э, скафандр должен обеспечивать достаточную защиту от радиации и должен оставаться подвижным при экстремальных давлениях и температурах. Его нельзя сделать меньше, так как в этом случае для человеческого существа внутри просто не останется места.
— Хорошо, — задумчиво протянула Гвен. — Есть у меня кое-какие задумки.
Она закрыла глаза и подумала: «Эти военные ничтожества — парочка сидящих уток. Даже стыдно в них стрелять». — Гвен открыла глаза и посмотрела на Батлемонта. Тот был в прострации. Похоже — молился. «Может еще получиться погубить бедного Андрэ и его милых людей. Что за изумительная коллекция профессиональных душителей! Ну, тут уж ничем не поможешь. Когда Гвен Эверест уходит, то она уходит в блеске славы! Поднять все флаги! Полный вперед! Торпеды — товсь!»
— Итак? — спросил Оулинг.
«Огонь по первому!» — подумала Гвен. Вслух же сказала:
— По-видимому, у вас есть специалисты. Эксперты, которые могли бы проконсультировать нас по некоторым техническим вопросам.
— В полном вашем распоряжении, только скажите.
Батлемонт открыл глаза и уставился на шею Гвен. Панику его пронзил лучик надежды. Возможно ли, что Гвен действительно одержит победу?
— Еще мне нужна информация о том, какие психологические типы становятся лучшими ВОМС, — сказала Гвен. — Если, разумеется, есть такая вещь, как лучшая ВОМС.
Батлемонт закрыл глаза и содрогнулся.
— Я не уверена, что со мной когда-либо за всю мою карьеру обращались столь высокомерно! — выпалила Финнистер. — И я не полностью уверена, что…
— Пожалуйста, минуточку, — оборвал ее Оулинг. Он изучал Гвен, которая дарила ему очаровательную улыбку. В рапорте разведки говорилось, что эта женщина «вероятно, гениальна», и с ней следует обращаться деликатно.
— Единственное, о чем я жалею, так это о том, что закон не дает нам права призывать и женщин тоже! — рявкнула Финнистер.
— Тогда у вас такой проблемы попросту бы не было, верно? — спросила Гвен. Она развернула свою улыбку к Финнистер. Это было полное блаженство.
— Я знаю, что у нас есть полная власть управляться с этим на свое собственное усмотрение, генерал Финнистер. Я согласен, что мы подверглись несколько плохому обращению, но… — сказал Оулинг.
— Плохому обращению! — фыркнула Финнистер.
— Самое время, — промурлыкала Гвен.
Батлемонт содрогнулся. «Мы обречены!» — яркими красными буквами отпечаталось у него в мозгу.
— Однако, — продолжил Оулинг. — Мы не должны позволять своим личным ощущениям затуманивать решения, необходимые для нашей службы.
— Слышу, что рога трубят, — пробормотала Гвен.
— Это агентство было выбрано, как имеющее наибольшую вероятность разрешения проблемы, — сказал Оулинг.
— Там МОГЛА быть и ошибка! — прошипела Финнистер.
— Невозможно.
— Вам ведено превратить эту штуку в… в… — Финнистер стукнула кулаком по столу.
— Это желательно, — сказал Оулинг. И подумал: «Эта Гвен Эверест решит нашу проблему. Ей не сможет сопротивляться ни одна проблема. Ни одна проблема не рискнет!»
Генерал Оулинг превратился в гвенофила.
— Ну хорошо, — огрызнулась Финнистер. — Я отсрочу свой приговор.
Генерал Финнистер превратилась в гвенофоба.
Это было частью программы Гвен Эверест.
— Можно ли будет, время от времени, консультироваться у вас по техническим вопросам? — спросила она.
— О деталях позаботятся наши подчиненные, — ответил Оулинг. — Все, что интересует нас с генералом Финнистер — общее решение, ключ к головоломке.
«Общее решение, ключ к головоломке, — задумалась Гвен. — Замечательная идея».
— Что? — Оулинг озадаченно уставился на нее.
— Ничего. Просто думаю вслух.
Оулинг встал и посмотрел на Финнистер.
— Уходим?
Финнистер тоже встала и повернулась к двери в конце комнаты.
— Дддаа!
Они вместе, каждый со своей стороны стола, промаршировали вдоль комнаты: топ-топ-топ-топ… Как раз в тот момент, когда они достигли дверей, и Оулинг их открыл, Гвен вскочила на ноги.
— Вперрред! — крикнула она.
Генералы застыли, почти повернулись, потом передумали и вышли, хлопнув дверьми.
Батлемонт горестно произнес во всеобщем молчании:
— Гвен, зачем ты нас губишь?
— Губить вас? Глупец!
— Но, Гвен…
— Помолчи, пожалуйста, Андрэ. Ты мешаешь мне думать. — Она повернулась к Лео Приму. — Лео, возьми эскизы и прочее для той грудастой Герти, которую они спроектировали. Мне нужны для нее адюкелы, полные проджос и все издержки по кампании.
— Адюкелы, проджос и издержки по Большой Герти, — повторил Прим. Есть!
— Гвен, что ты делаешь? — спросил Батлемонт. — Ты же сама сказала, что…
