В 1758 году испанский монах Хуан де Санта сообщал о таинственных каменных скульптурах в долине Сан-Агустина, которым поклонялись индейцы.
Сан-Агустин находится примерно в пятистах километрах от Боготы, столицы Колумбии. Эта захолустная индейская деревушка, которой нет ни на одной карте, расположена невдалеке от главной водной артерии Колумбии — реки Магдалены.
В середине XIX века итальянский генерал Годацци проник в девственный лес в окрестностях Сан-Агустина и сделал эскизы нескольких статуй. В начале XX столетия профессор Гейдельбергского университета Карл Штёпель, приехавший в колумбийское высокогорье, изготовил гипсовые слепки статуй и обнаружил подземные ходы, связывавшие храмы между собой.
В 1912 году в Сан-Агустине появился этнолог Теодор К. Пройс. Он измерил статуи и попутно нашел несколько гробниц. К своему изумлению, он не обнаружил в них ни малейших следов скелетов. Пройс пришел к заключению, что кости полностью распались, превратившись в пыль.
Роботоподобные статуи с острова Пасхи с их одинаково тупыми взглядами производят впечатление унылого паноптикума в сравнении с миром идей Сан-Агустина. На сегодняшний день зарегистрировано триста двадцать восемь монументов — и ни один из них не похож на другого. Сан-Агустин представляется неким демоническим парадом богов. Единственное, что объединяет скульптуры, — зубы Дракулы. Некоторые из них вызывают стойкую ассоциацию с людоедами. Страшные монстры держат перед собой в обеих руках маленьких детей головами вниз, словно собираются вонзить в них свои клыки.
Среди них присутствуют создания с чем-то вроде наушников на голове. Их огромные глаза смотрят в пустоту В руке они держат либо нож, либо палочку для письма.
Еще одна фигура с миндалевидными глазами подносит ко рту что-то напоминающее эмбрион. В Сан-Агустине не покидает ощущение, будто эти широкие носы и отвратительные клыки принадлежат какому-то определенному прототипу.
Особое внимание привлекает к себе четырехметровое изваяние, носящее название «Епископ». Человеческое лицо с печальными глазами может внушать уважение, и все же, поразмыслив, я так и не смог понять, что дало основания для подобного названия. «Епископ» тоже стискивает в руках маленького ребенка, чьи голова и руки свисают вниз. Можно ли вообразить подобного князя церкви?
В десяти метрах за «Епископом» из травы выглядывает трехглазое чудовище. Огромные глаза, огромный нос, огромный рот и огромные клыки — таков портрет этого крайне несимпатичного существа. В нескольких метрах сзади него притаилась птица, похожая на орла. Она держит в клюве змею, безвольно свисающую вдоль ее туго набитой утробы.
Неподалеку от статуи орла высится величественный курган с более чем тридцатью монолитами. В центре расположен дольмен, который вполне мог бы стоять где-нибудь во французской Бретани. Две статуи и два менгира подпирают каменную плиту крыши. Оба стража гробницы держат в руках топоры или булавы, на их головы надеты шлемы, а над головами парят какие-то лица, которые, как представляется, явились с небес.
В Сан-Агустине имеются еще несколько массивных дольменов. Они вытесаны из гранита, непонятно откуда взявшегося, поскольку в окрестностях Сан-Агустина его месторождения отсутствуют. Однако не все статуи и плиты гранитные, некоторые изготовлены из вулканического туфа и песчаника.
Среди дольменов встречаются саркофаги, каждый из которых изготовлен из одной каменной глыбы. Они выглядят как гигантские ванны. Иногда в них лежат каменные фигуры, по всей вероятности, символизирующие останки каких-то правителей. Однако это всего лишь предположение, ибо изначально каменные сосуды были пусты.
