– Тебя бы сейчас родная мать не узнала, - сообщила она Джен.
– Если бы мать увидела меня в таком виде, она бы пронзила меня мечом, - мрачно изрекла Джен.
– О-о-о, не говори так! - вскричала Мэри Энн с шокированным видом. - Ты должна выбросить из головы эти ужасные привычки амазонок. Все это осталось позади. Лучше посмотри в лицо своей будущей жизни. С этого момента твоя жизнь станет совсем другой.
– Похоже, - тихо пробормотала Джен.
Она снова испытывала неодолимое чувство нереальности - как будто все происходило во сне. Это чувство постоянно появлялось у нее в последние сутки с того момента, как ее угораздило попасть в ту часть "Властелина Панглота", где жили аристы. Но такое же чувство не покидало Джен после того, как она пришла в сознание. Джен осмотрела свою обнаженную грудь. От шрама осталась лишь тонкая белая полоска. Следы грубых швов тоже почти исчезли. Может быть, она все-таки умерла? Может быть, все это сон, который создала для нее Богиня-Мать, как преддверие рая. Яства, благовонные ванны, роскошная постель, в которой она спала, - все это казалось поистине райским.
– Я еще жива? - шепнула она, впервые открыв глаза и с удивлением увидев склонившегося над ней Мило.
– Почти нет, амазоночка, - отвечал он с улыбкой. - Цех медиков на "Панглоте" - это бригада мясников и коновалов, не более того, но швы наложить они умеют, даже на такую нешуточную рану, как у тебя. Внутренние органы не задело. Ты чуть не умерла от потери крови и от шока. Но худшее позади. С твоими способностями к регенерации ты выкарабкаешься. Даже шрама не останется.
– Богиня-Мать не покинула меня, - пробормотала Джен и крепко заснула.
В следующий раз, когда она проснулась, Мило дал ей воды из фляги. Она поняла, где находится: снова в его кабине. Джен попыталась поднять голову, но сил у нее на это не хватило.
– Мне… совсем… не больно, - прошептала она. Мило показал ей предмет, который Джен тут же узнала. Шприц. В больнице Минервы их оставалось еще много со времен последней войны.
– Я вкалывал тебе гормоны, которые активизируют обезболивающие центры. Они мне обошлись недешево. У одного из свободных есть прямой канал поставок из аптек аристов.
– Спасибо…
– Милая амазоночка, только не принимай мое великодушие за альтруизм, - улыбаясь, сказал он. - Вспомни наш уговор. Я в не меньшей степени чем ты заинтересован, чтобы твое юное тело было здоровым.
Она слабо улыбнулась в ответ.
– У тебя хватит сил рассказать мне, что случилось? - спросил он.
– Заблудилась… - прошептала она. - Бродила-бродила… несколько часов. Потом вижу… Хаццини. Гнался за мной. Схватил… Думала, он разрезал меня надвое… - продолжать она не могла.
Мило провел ладонью по несуществующим волосам и некоторое время молча смотрел на нее. Потом он сказал:
– А ты знаешь, что ты теперь героиня? По официальной версии ты столкнулась с Хаццини, выхватила у него автоген - продукт Старой Науки - и спалила чудовище.
Джен нахмурилась.
– Автоген…
– Та штука, которой он прорезал наружный корпус и собирался вскрыть внутренний, когда ты вмешалась. Видимо, Хаццини выбрали из своих того, кто летал лучше всех, и снабдили его автогеном, чтобы, проникнув на "Властелин Панглот", он разрезал несколько газовых ячеек, после чего "Панглот" потерял бы высоту и спустился бы на уровень их досягаемости. На свою беду, эта тварь не сообразила, что ячейка, в которую она собиралась проникнуть, наполнена водородом. Вот бы удивились Хаццини, когда "Панглот" огненным шаром свалился с неба на их "гнезда".
Мило сжал плечо Джен, не сводя с нее холодного взора.
– Я-то понимаю, что случилось там на самом деле. У тебя и у Хаццини была одна и та же цель, - бросил он.
– Что ты… хочешь сказать?
– Ты знаешь. Эта твоя минервианская реликвия - "жезл власти", который ты берегла пуще жизни. Ты, кажется, потеряла его?
– Я… разве? - Ей было трудно думать. Она хотела снова заснуть.
– Не притворяйся. Я с самого начала подозревал, что здесь что-то не так, но не был уверен. А ты в благодарность за мое доверие решила поджечь меня вместе с прочими своей бомбой. Пожалуй, по безжалостности вы, минервианцы, и Небесных Властелинов за пояс заткнете.
– Нет… нет… - слабо протестовала она, пытаясь качать головой. - Я же не смогла… когда настало время. Не смогла. И я сдалась…
Он пристально смотрел на нее. Наконец он сказал:
– По-видимому, ты говоришь правду. - Выражение его лица смягчилось. - И тогда, отказавшись от своего плана, ты набрела на Хаццини. Должно быть, ты и убила его своей бомбой. Это же абсурд - девушка вырвала автоген у взрослого Хаццини.
– Да… - призналась Джен и рассказала, как все случилось. Мило снова начал улыбаться.
– Ага, прямо в хобот? Очень умно. Если бы он проткнул тебя своей трубкой, то высосал бы тебя до капли. Человеческая кровь для Хаццини деликатес.
– А они… не найдут… следов от бомбы? - спросила она.
– Не беспокойся. Никто не производил вскрытия. Чудище явно сгорело, а автоген лежал рядом. Когда воины, услышав твои крики, прибежали туда, они пришли к очевидному выводу. Хаццини сбросили за борт, так что правды теперь никто не узнает.
