— Каким же образом? — поинтересовался Григорий Алексеевич, замыкающий нашу цепочку.
— Шестнадцать лет, отказ от опекунства. Дядька Мирон возражать не собирается, — коротко пояснил я, останавливаясь на мостках перед широкой округлой дверью с забранным в медь иллюминатором. Поворот штурвала, щелчок кремальер. — Прошу, будьте как дома.
Алёна перешагнула через комингс первой, а уже следом за ней вошёл и отец. Коридор жилой палубы встретил нас тишиной и неярким светом дежурных ламп.
Я предложил было устроиться в кают-компании, но оба мои гостя возжелали осмотреть дирижабль изнутри. Что ж, почему бы и нет? Лишнего они не увидят, вся "лапша" спрятана за фальшпанелями и подволоком, аккумуляторы? Их и с пресловутым детектором теперь не сыскать, уж я постарался. Вот, разве что, пневматические подъёмники… но их барабаны можно обосновать так же, как я сделал это на верфи… орудийные платформы для будущих скорострелок, закрытые, чтоб не биться о поворотные станины. В общем-то, и всё.
Обход дирижабля, в ожидании дядьки Мирона, почему-то не торопящегося на встречу, начался с мостика, поразившего Трефилова количеством приборов. Впрочем, он быстро вспомнил, что "Мурена" – не "кит" и фактически, всё управление кораблём завязано именно на рубку. А вот Алёне было просто интересно… всё и ещё чуть-чуть.
Я как раз отвечал на очередное её "а это для чего?", когда дирижабль вдруг дрогнул, а ворота эллинга смяло, словно они были сделаны из бумаги. Абсолютно беззвучно, что неудивительно, учитывая герметизацию дирижабля. Тушу "Мурены" медленно и величаво повело куда-то влево и купол грохнул об укреплённую рунами стену эллинга. Выматерившись, под изумлёнными взглядами едва не рухнувших на пол Трефиловых, я занял капитанское кресло и направил давно готовый к взлёту дирижабль вверх. В отличие от стен эллинга, крыша не была укреплена рунами, так что ударом купола "Мурены", её разметало в стороны.
Подняв дирижабль на десяток метров вверх, я понял, что увидеть происходящее на территории мастерских в обзор, без разворота "Мурены" на сто восемьдесят градусов, мне не удастся и, выпрыгнув из кресла, рванул к перископу. Переключившись на нижний объектив, крутанул рукояти и… замер.
Складов больше не было. Только кирпичные руины, огонь и коптящий дым, столбом вздымающийся над ними. Мастерская, вроде бы, цела, но и там видны отблески пожара. Лавка… выбитые стёкла, разбитые двери… перевёрнутая "Изотта"… и валяющиеся во дворе тела.
На автомате, я повернул перископ чуть в сторону, и взгляд зацепил бегущие к дальней роще фигурки людей.
— Кирилл? — на плечо опустилась чья-то ладонь, и я вздрогнул. Оторвавшись от визира, повернулся… Алёна требовательно смотрела мне в глаза.
— Кирилл, что случилось? — Алёна с тревогой взглянула в лицо юноши, только что устроившего какую-то невероятную и непонятную эскападу.
— Склады. Мастерская. Взрыв, — механически ответил он.
— Кто-то взорвал ваши склады? — нахмурился отец девушки. Кирилл резко кивнул. — Кто?
— Не знаю, — отрешённое выражение исчезло с лица молодого человека, сменившись каким-то звериным оскалом, заставившим Алёну отшатнуться. — Но я узнаю. Обязательно узнаю.
— А что с людьми? — тряхнув плечо явно пребывающего в помрачённом состоянии юноши, спросила она, справившись с накатившим на миг страхом. — Раненые есть?
— А? Раненые. Да… надо посмотреть. Сейчас, — начиная приходить в себя, пробормотал он и, проскользнув мимо хмурого отца Алёны, вновь сел в кресло. Руки уверенно заскользили по тумблерам и переключателям, а в следующий миг дирижабль дрогнул и медленно пошёл вниз.
Выходить из дирижабля, своим пассажирам я запретил. Пока не осмотрюсь на месте, по крайней мере. Алёна послушалась сразу и без разговоров, а вот её отец пытался что-то возразить, но заметив блеснувший у меня в руке пистолет, нахмурился… и отступил. Нет, у меня и мысли не было угрожать Трефилову, просто соваться в пекло с пустыми руками мне совершенно не хотелось. Кто его знает, какие сюрпризы могли подготовить нападавшие. А в том, что прогремевшие взрывы дело чьих-то слишком шаловливых рук, я был уверен потому, что в мастерских и на складах не было ничего, даже гипотетически взрывоопасного! Но если такие склады всё-таки взрываются, значит это кому-нибудь нужно, не так ли?
Выбираться из дирижабля я предпочёл тем же "тайным" ходом, поскольку изображать мишень для возможного неприятеля мне не хотелось. А этот выход был предусмотрительно защищён фермами крепления и самой трубой "вспомогача".
Оказавшись снаружи, я втянул носом воздух и вздрогнул… Раскалённый дым и гарь от складов словно вернули меня на три года назад. Грохот взрывов, рыжие всполохи пожаров… и дымящиеся, обжигающие жаром руины на месте родного дома. Наплывающее дымное марево, в разрывах которого, я, кажется, видел чьи-то обугленные тела. И поднимающийся откуда-то из глубины ужас… бежать. Бежать? СТОП!!! Это было три года назад. Я не в Меллинге!
