— Вот и замечательно, — уперев руки в бока, она кивнула сама себе. Видя ей немного ребячливое поведение, Квай-Гон лишь вновь покачал головой. Даже смерть не смогла лишить её жизни и оптимизма. Наверное, именно эта живость характера и неиссякаемый оптимизм больше всего привлекали его в ней. — Всегда поражалась, твоему «упрямству банты», — видя то, что коронная подколка не возымела успеха Тала нахмурилась и спросила. — Что с тобой, душа моя?
И её наблюдательность и чуткость. Даже если ему иногда это и не нравилось.
— Сила, — выдохнул Джинн. — В последнее время она посылает мне много видений. Они смутные, размытые, непонятные.
— И о чем же тебе поведала Великая? — спросил призрак Силы любви всей его жизни.
— Из того, что понял, я увидел много боли в Галактике и, — он сделал паузу, — свою смерть.
— Смерть?
— Да, Сила дала мне это видение. Но есть и ещё кое-что…
— Что? Ну же, — полосатые глаза выжидательно посмотрели на него. — Хватит нагонять мрачности, говори.
— Есть и выход, — выдохнул джедай. — Но я пока не понял какой.
— Найди его, Джинн, твоя жизнь нужна этой галактике. Ты всегда был тем Светом, что рассекала Тьму, — Тала улыбнулась ему так, как делала ещё при жизни: добро и с огромной любовью. — Я уверена, что Великая поможет. Не зря же она всегда вела тебя.
Каждое её появление — было радостью для мастера-джедая, пусть и отдававшей горечью. Горечью от невольных напоминаний про все совершенные ошибки, которых, к его сожалению, было много.
— Да, Тала, — выдохнул он, когда призрак
начал исчезать. — Только она позволяет нам общаться. И она же — напоминает мне о моей слабости.
Последние слова он произнёс в пространство, после чего погрузился в раздумья. Вспоминать больше не хотелось, а перед глазами всё ещё было лицо любимой женщины. В этот момент Джинн почувствовал, что эта миссия и будет тем самым возможным выходом, но, помимо этого, он ощутил, что Сила замерла, словно в предвкушении.
Внешнее кольцо. Сектор: Арканис. Система: Тату. Планета: Татуин. Город: Мос-Эспа. Лавка самого богатого старьёвщика в городе — Уотто.
Год: 2 РС/32 ДБЯ.
Эйдан Скайуокер.
Канон — штука подлая, коварная, и необъяснимая, а в моём случае ещё и мутная до неприличия. Из земной литературы я помнил, что каждый попадун рано или поздно, но непременно с ним сталкивался. Но вот методика столкновения у каждого «счастливчика» своя. Кто-то тихо сидит в самом дальнем углу, только-бы «не изменить его своими потными, расчетливо-хитропопыми культяпками раньше времени», кто-то же сразу, со стадии пелёнки-распашонки берёт быка за рога, и пытается этот самый канон нахрен завалить (чаще всего получается сделать это тоннами продуктов жизнедеятельности).
Мне же кажется, что оба метода изначально ущербны. И на то имеются вполне логичные доводы. Ну, во-первых, уже само появление попаданца есть некислое такое изменение сюжета всем известной истории. А во-вторых… Все попытки немедленной и сиюминутной переделки этого самого канона сродни лечению диареи пробкой — сначала, вроде и получается, а потом — «БУХ!», и все совсем не в шоколаде. Канон — штука зело хрупкая: пукнешь на одной стороне галактики, а в этот самый момент на другой стороне, разбуженная твоим пуком бабочка, взмахнув крылом, породит волну «фекальных» изменений.
Нет, вариант зашкериться где-нибудь в жопе, несравнимо более суровой и отдалённой, чем Татуин — есть и всегда будет. Но что-то мне подсказывало, что этот вариант не про нашу семью. И если нас не найдут джедаи во главе с хипстером Квай-Гоном, то рано или поздно это сделают другие, не факт, что лояльные к нам силы. Почему-то уверенность в этом, после моего «мацанья» кубика, лишь росла день ото дня.
История, неумолимая сука, упорно пытается вернуться на свои рельсы. Она неразрывно связана с ключевыми персонажами и всеми, кто их окружает. В отношении меня, так и вовсе впору спрашивать Силу: «Куда уж ближе к канону? Я брат-близнец возможного Палача галактики!».
Так что я думаю — правильный попадун должен, нет, просто обязан, иметь сразу несколько проработанных планов… И действовать подобно энурезу, подобно мести всем окружающим плохишам с помощью поедания гороха — тихо, но неотвратимо! Не стоит бежать впереди паровоза с криками «поберегись!».
