Почти все нынешние события, приключения и испытания, что выпали на долю мастера-джедая, были восприняты ею спокойно и с той долей отстранённости, что так уважалась в ордене. Ключевое слово «почти».
Все эти дрязги Набу с Торговой Федерацией, споры в сенате и даже снятие с поста канцлера меркло перед тем, что женщина наконец-то нашла для себя идеального ученика в лице Энакина Скайуокера. Сама Сила говорила о том, что именно тогрута должна сделать всё возможное для того, чтобы стать его учителем, посылая одно видение тревожного будущего за другим. Дело дошло до того, что она, зная желание Квай-Гона обучить избранного, решила «застолбить» одного из близнецов за собой! Мысль об этом шаге посетила её, когда они всей разномастной толпой летели сквозь гиперпространство в сторону Набу решать «неожиданно» остро выстреливший в причинное место вопрос королевы Амидалы.
Понятное дело, что в вопросе выбора учителя для юнлинга решение принимал Совет и тогрута об этом прекрасно знала. Однако она не без оснований полагала, что факт того, что у неё с Энакином начали образовываться Узы Силы ими должен был быть учтён.
— Добрый вечер, мастер Квай-Гон. Простите, что отвлекаю вас, но я решила заранее вам сообщить своё желание, — выпалила она, залетев словно ураган в небольшую каюту яхты, выделенную мужчине волей королевы.
— И я вас приветствую, Шаак Ти, — открыв голубые глаза, спокойно и размеренно ответил ей мужчина. — Вы не отвлекли. Я уже закончил приводить мысли в должный порядок и готов внимательно вас выслушать.
— Мастер Джинн, я подумала, взвесила некоторые аргументы и решила, что я хочу и буду учителем Энакина, — сказала тогрута, нервно меряя помещение шагами, и своим поведением окончательно вырывая Квай-Гона из плена вечерней медитации. — Моя связь с мальчиком лишь крепнет и Великая всё чаще говорит со мной.
— Мастер Ти, я понимаю ваши волнение и переживания, — как можно спокойнее и размереннее произнёс он и, указав рукой на кресло, предложил. — Присаживайтесь, — увидев отрицательное покачивание головой от неё, не стал настаивать на своём и всё так же спокойно, но с долей заинтересованности спросил, не меняя своего сидячего положения для общей медитации. — И о чём же толкует Сила?
— Если его будет обучать кто-то другой, то всех в этой галактике ждут большие неприятности. Сила дарует мне видения такого выбора совета, — замерла на месте женщина и с волнением устремила свой взор на коллегу и соратника. — Поэтому я прошу вас, мастер Джинн, посодействовать мне в этом вопросе. Именно я должна быть учителем мальчика и никто другой.
Что нравилось Шаак Ти в мастере Джинне, так это то, что в любых ситуациях он, несмотря на свою репутацию бунтаря и ортодокса, сначала думал, а потом делал. Словно подтверждая её мысли мужчина вновь прикрыл глаза и тогрута ощутила, что он начал использовать свои способности в Силе, для того чтобы найти правильный для неё ответ. Спустя пару минут джедай вновь обратил на неё внимание, кивнул своим мыслям. Затем плавно и как-то текуче одним слитным движением поднялся на ноги и подошел к кафомашине для того, чтобы порадовать вкусным напитком и себя, и её.
— Мастер Ти, я бы и рад вам помочь, но вы и сами знаете, как ко мне относится большая часть совета, — сказал он, передавая ей чашку с горячим напитком. — Они будут настаивать на диаметрально противоположном моей просьбе решении. Думается мне, что в отношении Энакина вопрос уже решен положительно. Для надёжности, я, конечно же, попрошу магистра Пло-Куна уточнить вашу кандидатуру в вопросе обучения близнеца, но что-то подсказывает мне, что и этого не потребуется. Но я вас заранее предупреждаю, с Энакином вам будет очень трудно. Не ошибитесь так же, как ошибся в своё время я.
Если первые слова Квай-Гона успокоили её, то концовка и предупреждение заставили насторожиться. Женщина быстро сообразила, что имеет ввиду мастер Джинн — Ксанатос. Джедай-отступник, джедай, предавший всё и всех. Ошибка Квай-Гона, которая, по всей видимости, до сих пор мучала его.
Вслух она ничего говорить не стала. Лишь с серьёзным лицом кивнула и, усевшись в удобное кресло и отпив кафа, решила сменить тему.
— А что вы думаете по поводу Эйдана? — спросила она о наиболее заметном и ярком из близнецов в плане характера. — Нет желания стать его учителем? Ребёнок талантлив, хоть и не так силён, как его брат.
— У меня уже есть падаван. Вы не хуже меня знаете, что правила ордена запрещают обучать рыцарю двоих учеников одновременно, — начал было говорить Джинн, но был перебит тогрутой.
