Когда она спустилась по лестнице, Макс некультурно присвистнул.
В этом весь герцог Андервуд - чаще всего он чопорный сухарь, помешанный на порядке и воспитании. Но с Фелисией он моментально превращался в проказливого мальчишку, и кажется, сам этого не замечал.
- Вы прекрасны, мисс Блаунт. - Макс галантно клонился к ее руке и поцеловал.
Тереган сглотнул, с трудом отрывая взгляд от ее коленей. На мгновение Фелисия пожалела, что поддалась на уговоры Джеральдины. Похоже, фасон и вправду слишком смел. Но отступать было поздно, а запасных вариантов все равно не было - не идти же в рабочем комбинезоне.
Особняк герцога Андервуда располагался неподалёку от центральной площади Столицы, где, собственно, и открывали первую на Электрет станцию метро. Внутрь пускали только по приглашениям, но кто бы сомневался, что у Макса они были, причём на всех троих.
Спускаться предлагалось по широким, надежным каменным ступеням. Сразу за лестницей коридор раздваивался. Правую сторону перекрывали улыбчивые охранники, подкреплённые сзади натянутым красным канатом с висящей на нем эмблемой королевского рода. В ту сторону пока что поезда не ходили. Коридор вёл к противоположной стороне станции, где позже будет останавливаться состав на маршруте Торговая Сфера-Столица.
Первые любопытствующие пассажиры тонкой струйкой вливались в левый коридор, стекали вниз по лестнице, и рассредотачивались на обширном перроне. Доступ к рельсам был перегорожен узорными декоративными решетками, чтобы случайно зазевавшиеся не оказались на рельсах. Для доступа к поезду было проделано пять ворот, которые открывали специальные служащие, в данный момент просто торжественно вытянувшиеся по стойке смирно рядом с дверцами.
Вдоль каменной стены с яркими фресками под потолком, протянулись длинные столы с угощениями. Любезные девушки и парни в униформе будущей подземно-транспортной службы - темно-синей, простого прямого кроя, но очень элегантной; Джеральдина постаралась, как-никак, королевский заказ! - стояли рядом с набором тарелок, предлагая первым посетителям блюда на дегустацию.
Билеты на церемонию открытия продавались заранее, и по немаленькие ценам, так что внутрь попали в основном зажиточные горожане. Чтобы избежать бунтов и обвинения в дискриминации, несколько десятков приглашений были разыграны в лотерею, так что хотя бы несколько простых людей тоже имели возможность попасть на запуск первой в Городе подземки. Для остальных наверху, на площади, была организована ярмарка, с аттракционами, театральными шоу и многочисленными прилавками с разнообразными товарами. Многие магазины Торговой Сферы прислали своих представителей, для рекламы и привлечения покупателей сбывая залежавшийся товар за треть цены. Всем польза, бизнесменам прибыль.
Опасаясь потеряться в толпе, Фелисия намертво вцепилась в закутанного по самые уши в плащ эшемина. Повертев головой, она поняла, что герцог все же отстал.
Макс нашёлся у стены на самом верху лестницы, около развилки. Он оживленно обсуждал что-то с кудрявым юнцом, довольно просто одетым для такого праздника. На том было нечто вроде рабочей униформы, порядком заляпанной маслом и другими неопределимыми пятнами. Проходящие мимо толкались и ругались, что собеседники заняли и без того узкий проход, но герцог с истинно аристократическим видом их игнорировал.
Что герцог мог обсуждать с неряшливым рабочим? Макс был явно недоволен, и вычитывал парню шепотом, так что ничего не разобрать было в гудении толпы. Герцог было весьма убедителен. Бедолага рабочий краснел и бледнел, и только успевал вовремя кивать и отнекиваться.
Наверное, это кто-то из подмастерьев герцога, решила Фелисия. Многие известные ученые, не справляясь с объемами работы, или просто желая поделиться знаниями, брали себе помощников. Подержать-помыть-принести, но при этом возможность наблюдать за работой специалиста, и принимать периодическое участие, окупала все трудности. У Макса и Фелисии таких проблем не было - у них с детства были семьи, где умения и навыки передавались из поколения в поколение.
А что было делать тем, кто родился в семье пекаря, и вдруг обнаружил в себе склонности к животноводству? Именно, они шли в подмастерья. Работать, конечно, приходилось больше, чем наследникам, но зато появлялся шанс зарабатывать любимым делом, а не просто идти по стопам родителей и мучиться потом всю жизнь от нереализованные желаний и потребностей.
Поезд возвестил о своём прибытии издалека - скрипом колес на рельсах, долгим мелодичным перезвоном сигнального колокола, и яркой газовой лампой над передним стеклом водителя, освещавшей ему путь. Пыхая паром и выпуская клубы дыма при торможении, длинный состав из одного локомотива и пяти вагонов величественно подполз к перрону и замер. Дверцы оказались строго напротив соответствующих ворот, и инженер почувствовала гордость за деда - так досконально все рассчитать до миллиметра!
