— Зачем все это, Джесс? — Она лихорадочно пыталась вспомнить все, чему ее учили на сеансах психотерапии. Нужно сохранять спокойствие, трезвость мысли. — Мы с тобой разведены. Если ты меня хоть пальцем тронешь, тебя посадят в тюрьму.
Он угрожающе положил руку на рукоятку.— Я сказал: иди сюда.
До двери было совсем близко. Если удастся вырваться, можно поднять шум, предупредить Адама и всех остальных.— Я пытаюсь начать новую жизнь, — сказала она, делая шаг от двери. — У тебя своя жизнь, у меня своя. Я же знаю, ты не был со мной счастлив.
Она вскрикнула от боли — лицо ей обожгла пощечина.— Полгода ждал этого момента.
Джессу было так хорошо, что он не удержался, врезал ей как следует — она аж на колени бухнулась.— Я все время был здесь, Лили. — Он за волосы схватил ее, поставил рывком на ноги. — Наблюдал за тобой.
— Ты был здесь?
От боли мысли путались в ее голове. И все же Лили вспомнила об убийствах.— Так это был ты? О господи!
Страх буквально парализовал ее. Раньше Джесс орудовал только кулаками. Он никого не резал.Но сейчас она смотрела ему в глаза и читала в них слепую, безумную ярость.— Ты пойдешь со мной и будешь вести себя паинькой. — Чтобы до нее дошло, он как следует дернул ее за волосы. — Будешь валять дурака, я сделаю тебе очень больно. И прикончу всякого, кто встанет у меня на дороге.
Теперь он шипел ей на ухо. В соседней комнате заливалась лаем собака, но Джесс уже не обращал на нее внимания.— Мы отправляемся в путешествие. Едем в Мексику.
— Никуда я с тобой не поеду.
Она покачнулась от удара, а потом, поразив саму себя, кинулась на Джесса, царапаясь, кусаясь и размахивая кулаками.От неожиданности он отлетел к стене, больно ударился бедром. Ее ногти располосовали ему всю щеку. Джесс взвыл, чувствуя, как по лицу стекает кровь. Он был до такой степени ошарашен, что даже не сопротивлялся, и она как следует прошлась по его физиономии еще раз.— Ах ты, сука!
От удара Лили рухнула прямо на стол, ее хорошенькие чашечки разлетелись во все стороны.Собака истошно выла и бросалась на дверь.— Вот за это я тебя точно убью, — пообещал Джесс. — Тебе конец.
Он бы так и сделал — уже палец держал на крючке, но Лили смотрела на него без страха и мольбы. В ее взгляде он читал ненависть, и это его остановило.— Так вот чего ты хочешь? Хочешь, чтоб я тебя прикончил? Он приставил ствол к ее виску.
На нее накатила безысходная усталость. Проще всего было бы сказать: «Да». Но она подумала об Адаме, о сестрах, о семье.— Ладно. Я пойду с тобой.
И при первой же возможности сбегу, мысленно добавила она.— Еще бы! — Он взял ее за горло и как следует тряхнул. По его лицу стекала кровь. — Сейчас мне некогда с тобой разбираться. Но мы сквитаемся, вот увидишь.
