— К черту, — прошептала Уилла, выдвинула ящик и достала оттуда бухгалтерские книги.
— Извините, я вас задерживаю, — сказала она Адаму. — Увлеклась.
— Время еще есть, — откликнулся Адам, внимательно посмотрев на облака. Обернувшись к Тэсс, он сказал: — А вы стали неплохо ездить. Понемногу учитесь.
— Инстинкт самосохранения, — небрежно ответила она, хотя похвала была ей приятна. — Не хочу натирать себе задницу, как в первые дни. А катаюсь, потому что мне не помешают физические упражнения.
— Бросьте. Я же вижу, что вам верховая езда нравится.
— Ну хорошо, нравится. Но если похолодает, я предпочту дожидаться весны.
— Да, будут холода и посильнее. Но ваша кровь привыкнет, загустеет. — Адам потрепал своего коня по холке. — И вас от верховой езды уже за уши не оттащишь. Каждый пропущенный день будет для вас мукой.
— Для меня мука — жить вдали от бульвара Сансет. Но я терплю.
— Когда вы вернетесь на свой бульвар, будете тосковать по здешнему небу и горам. И снова приедете.
— Это еще что такое? Индейский мистицизм и предсказание будущего?
— Нет. Элементарная психология. Лили, можно я воспользуюсь фотоаппаратом? Хочу сфотографировать вас обеих.
— Хорошо. Ты ведь не возражаешь? — спросила Лили у сестры.
— Никогда не бегала от света юпитеров.
— Ну как?
— В самый раз. — Он навел фокус. — Две красавицы на одном снимке. — Щелкнул два раза. — Когда увидите фотографию, вам станет ясно, до чего же вы похожи… Та же форма лица, одинаковый румянец, даже в седле вы сидите одинаково.
— Адам, дайте-ка камеру мне. Я вас тоже сфотографирую. Виргинская Магнолия и Благородный Туземец.
— Ой, извините. Дурацкая привычка. Даю всем прозвища. Я не хотела вас обидеть.
— А мы и не обиделись.
— А как вы называете себя? — спросил он.
— Мое прозвище — Пустышка. Вот почему мои сценарии так хорошо продаются. Ну-ка, улыбочка.
— А мне нравятся твои фильмы, — сказала Лили, когда Тэсс опустила камеру. — Они веселые, захватывающие.
— Соответствуют вкусам толпы, — резюмировала Тэсс. — Хотя я лично ничего плохого в этом не вижу. Когда пишешь для масс, мозги прячешь подальше. Тут чем проще, тем лучше.
— По-моему, вы недооцениваете свою аудиторию, — заметил Адам, вглядываясь в близлежащую рощу.
— Может быть, но… — Тэсс не договорила. — Ой, там, среди деревьев, что-то шевельнулось.
— Да, вижу. Но сторона наветренная, не чувствую запаха. Как бы между прочим он положил руку на приклад винтовки.
— Медведи ведь сейчас в спячке? — спросила Тэсс, облизывая внезапно пересохшие губы. Она старалась не думать о человеке с ножом в руке. — Это ведь не может быть медведь?
— Иногда они просыпаются. Вот что, поезжайте-ка домой. А я съезжу посмотрю.
— Вам нельзя ездить туда одному!
